Службу несли бдительно: белый «Мерседес» Борисова хотя и пропустили в ворота, но только после тщательного осмотра опустили стальные плиты системы «Барьер» и позволили проехать дальше.

– Нормально, да? – то ли брюзгливо, то ли удовлетворенно спросил Борисов. – Начальство шманают…

– И правильно делают, – кивнул Карпенко. – Только, как мы знаем, террористы не попадают в расставленные на них ловушки – они их обходят.

– Это точно…

Борисов запарковался у трехэтажного здания бывшего заводоуправления. Теперь здесь располагался штаб дивизиона.

Генералы подверглись визуальному контролю телекамер, по индивидуальным жетонам идентификации вошли внутрь, по одному прошли шлюзовую камеру с пуленепробиваемыми стеклами, металлодетектором и возможностью впуска внутрь снотворного газа. Поскольку у генералов имелось оружие, на пульте дежурного зажглась красная лампочка тревоги и двери камеры заблокировались. Но поскольку это были генералы, бдительный капитан не стал впрыскивать газ в герметичную камеру, а выпустил командира и его заместителя на территорию штаба.

– Пойдем сразу ко мне, – предложил Борисов. И они поднялись на третий этаж, где располагался аналитический отдел дивизиона.

Генерал Борисов небрежно чиркнул по прорези сканера личной карточкой, толкнул стальную дверь и кивнул Карпенко:

– Заходи.

Территория Вячеслава Михайловича Борисова насквозь пропиталась дымом дорогих доминиканских сигар. И вообще, здесь все было по высшему разряду. Система опознавания на входе, мягкая подсветка внутри, блоки антипрослушки в оконных проемах, серпообразные рабочие столы по периметру, удобные кресла, супермощные компьютеры, бесшумная плитка под ногами, панели под дуб… Ах да, еще на стенах висели какие-то карандашные наброски в богатых рамочках.

Наверняка чьи-нибудь подлинники. В общем, после кабинета Стравицкого с его потертыми дорожками и репродукцией левитановских грачей Карпенко казалось, будто он попал в дорогой клуб."

"– Да-а, хорош ты гусь, Славка. Развратили тебя всякие фонды. Роскошествуешь! У советника Президента кабинет поскромнее… – заметил Карпенко.

 – Вон, картинки развесил даже. Небось с аукциона Сотби?

– На внебюджетном финансировании, между прочим, – бросил на ходу Борисов и махнул рукой. – Картинки – чушь. Здесь другая роскошь. Вот, смотри…

Они остановились у стола, за которым невероятно лохматый молодой человек, балансируя на задних колесиках кресла, пялился в компьютерный монитор. На экране монитора плыла какая-то бесконечная, без отбивок и абзацев, абракадабра.