Врал, изменял, бросал, даже смерть свою инсценировал. Но кто считает, правда?» Марго знала, что говорить этого вслух не стоит, потому пробормотала только:

– Я все поняла… – и он повесил трубку. – Черт бы тебя побрал, Алекс! – выкрикнула она в молчащий мобильный. – Как я должна уговорить ее?! Связать и сунуть в чемодан?! С этим даже ты не справился!

Бросив телефон на кровать, она схватила подушку, уткнулась в нее лицом и заплакала. Она понимала, что говорить с Мэри на эту тему совершенно бесполезно, не стоит даже начинать, чтобы не спровоцировать скандал, – подруга еще ночью четко дала понять, что не желает иметь с Алексом ничего общего.

А давить на Мэри не мог даже он, куда уж Марго, тут она признавала свое поражение сразу. «Что же мне делать? – думала она, раскачиваясь из стороны в сторону. – Если я ее не уговорю, ее просто пристукнут где-нибудь в подворотне. Чертовы деньги… вот кто сказал, что без них невозможно? Когда появляется такая сумма, ее обладатель сразу превращается в мишень, словно на лбу точку-мишень нарисовали. Конечно, Алекс прав – тут замешан кто-то из новой родни деда Мэри, кто-то со стороны той женщины, на которой он в Америке женился. Еще бы – такие деньжищи уплыли… А ведь это я настояла, чтобы Мэри приняла их. Надо было позволить ей отказаться, как она и хотела».

Теперь размышлять об этом было поздно, деньги у Мэри, Мэри в опасности. И нужно уговорить ее уехать. А это задача невыполнимая.

…Уже стемнело, осенний холодный день плавно перекатился в вечер, зажглись фонари, и мелкий моросящий дождь в их свете казался тонкими серебряными нитками, прошивавшими полумрак двора. Марго стояла у окна кухни, машинально вытирала тарелку и всматривалась в узкий проход между соседним домом и высокой стеной индонезийского посольства – там, судя по времени, вот-вот должна была появиться Мэри.

«Когда уже закончится эта осень? – думала Марго, напряженно вглядываясь в мокрые сумерки. – Никогда мне не бывает так отвратительно на душе, как в это время года. Кто вообще сказал, что осень может быть красивой? Она вечно ноющая, истекающая слезами и ввергающая все и вся в депрессию».

Стрелки на часах приближались к половине одиннадцатого, а подруги все не было, и это волновало Марго с каждой секундой сильнее.

Она взяла мобильник, набрала номер и с остановившимся сердцем выслушала механическое сообщение о том, что абонент недоступен. Самые худшие подозрения начали сбываться – вот уже и телефон у Мэри не отвечает. Повторив попытку дозвониться еще пару раз и осознав, что все бесполезно, Марго бессильно опустилась на стул.

– Надо, пожалуй, Виктору позвонить, – пробормотала она.

Партнер Мэри взял трубку буквально на втором гудке:

– Здравствуйте, Виктор.