Часть этого запаха она увезла с собой, к маме, и он нет-нет да и вырывался из приоткрытой дверцы шкафа, заставляя судорожно кашлять. Только недавно Даша поняла, что запаха больше нет, он наконец-то выветрился из комнаты и из ее жизни. Произошло это после встречи с Катей и начала занятий в «Открытом театре». И вот сейчас ненавистный запах снова висел в воздухе, ударял в ноздри, действуя на мозг почище адреналина.

Наверное, от того, что это был не ее страх, Даша могла оценивать происходящее чуть отстраненно. Она смотрела на сидящих в зале людей, пытаясь понять, кто из них боится.

Самой ей было не страшно. Во-первых, она точно знала, что не имеет к смерти Сэма ни малейшего отношения. Во-вторых, четко верила в то, что насупленный, взъерошенный и не очень приветливый мужчина, находящийся сейчас здесь, обязательно во всем разберется.

Еще совсем недавно мужчины ассоциировались у Даши Муромцевой со счастьем, любовью, залитыми солнцем улицами, маршем Мендельсона, запахом яблочного пирога с корицей. Затем с неуверенностью, слезами, разочарованием, втоптанной в грязь самооценкой, одиночеством и ехидством в глазах подруг.

Почему-то впервые при взгляде на мужчину Даша вспоминала про надежность и покой.

Ее жизнь с мужем никогда не была надежной и спокойной, поэтому сейчас ощущение безопасности, которое возникало у нее при взгляде на Евгения Макарова, казалось странным и диким. Тем более в нынешних обстоятельствах.

Даше очень хотелось быть ему полезной. В конце концов, именно она привезла сюда Сэма. Вольно или невольно, но она стала косвенной виновницей его гибели, а потому искренне полагала, что должна помочь и вычислить убийцу.

В том, что расследование уже началось, она не сомневалась ни минуты. Взгляд Макарова, резкий, острый, не пропускающий ни одной мелочи, был тому свидетельством.

Закончив осмотр места происшествия, он распорядился выключить в комнате Сэма отопление и открыть нараспашку все окна, чтобы максимально сохранить тело. Конечно, этого было недостаточно, но комнаты-холодильника в доме не было, да и смазывать картину места преступления, по словам Евгения, было неправильно, поэтому тело Сэма так и оставили лежать на кровати в номере, теперь, к счастью, неотапливаемом.

– Итак, начнем, пожалуй, – сказал мужчина, занимавший сейчас ее мысли, и Даша вздрогнула. В ее понимании они давно уже начали. – Я попросил собраться здесь всех, кто сейчас гостит в усадьбе. Сами понимаете, из-за непогоды и обрушения моста никто чужой сюда добраться не мог, так что убийца среди нас. Поэтому мы здесь все, включая людей, которые не имеют ни малейшего отношения к тренингу так называемого «Открытого театра».