Его губы скользнули по моей щеке к шее. Рука блуждала по телу от груди к бедрам. — Не могу им насытиться.

— Ты еще недостаточно распробовал его, — поддразнила я.

— Сомневаюсь, чтобы когда-нибудь мне этого будет достаточно. — Он покусывал и лизал мое тело, а затем прихватил зубами другой сосок и чуть потянул: легкий укол боли исторг у меня стон и заставил спину выгнуться дугой. Гидеон тут же стал его нежно посасывать, потом его губы заскользили ниже. — В жизни не хотел этого так безумно.

— Еще рано, — ответил он, смещаясь еще ниже и облизывая мой пупок. — Ты еще не готова.

— Что? О боже… Да более готовой, чем я, просто быть невозможно.

Я потянула его за волосы, чтобы он переместился повыше.

Гидеон схватил меня за запястья и прижал их к кровати.

— Ева, у тебя такая маленькая упругая киска. Тебе необходимо расслабиться, иначе я могу ее порвать.

Эти слова вызвали новую волну неистового возбуждения: меня безумно заводило, когда он вот так, откровенно, говорил о сексе. Но потом он скользнул еще ниже, и я напряглась:

— Нет, Гидеон. Не надо. Для этого мне следовало подмыться.

Его лицо зарылось в мою промежность, и я попыталась воспротивиться, вспыхнув от неожиданного стыда.

Он слегка укусил меня за внутреннюю сторону бедра.

— Не надо. Пожалуйста. Ты не должен этого делать.

Он взглянул на меня так, что я тут же перестала сопротивляться.

— Ты что, думаешь, я воспринимаю твое тело иначе, чем ты мое? Я хочу тебя, Ева.

Я облизала пересохшие губы. Захваченная его животной страстью, я не могла произнести ни слова. С глухим рычанием он погружался в мягкую плоть между моих ног. Его язык проник в меня, раздвигая и вылизывая чувствительные ткани. Я непроизвольно подмахивала бедрами, а тело мое молило о продолжении.

Мне было так хорошо, что хотелось плакать.

— Господи, Ева. Я мечтал вылизать твою киску с первого дня, как тебя встретил.

Когда его бархатный язык коснулся моего набухшего клитора, я еще сильнее откинулась назад.

— Да! Да! Да! Заставь меня кончить!

Он так и сделал, попеременно то вылизывая, то посасывая мой клитор. Наконец я содрогнулась в оргазме, в то время как его язык, откликаясь на движения моего тела, проникал в него все глубже. Его стоны эхом отдавались в моей промежности, вызывая новые и новые волны оргазма.

Из глаз у меня потекли слезы, а физическое наслаждение смыло все сдерживавшие барьеры.

Но Гидеон не остановился. Он облизывал трепещущий вход в мое тело кончиком языка и массировал мой пульсирующий клитор до тех пор, пока я не завелась снова. Теперь во мне оказались, совершая беспрерывные круговые и поступательные движения, два его пальца. Я судорожно забилась, а когда Гидеон принялся ритмично, равномерно посасывать мой клитор, кончила снова, издав хриплый, надсадный крик.