Мы знали, что такое возможно, но увидеть своими глазами и осознать, что ты можешь просто не понравиться чем-то куратору и вылететь после того ада, что мы прошли...

Тут же загорелась следующая фамилия на двери и красивая смуглая девушка, стряхнув выражение оцепенения с лица, проскользнула в аудиторию. Вся наша еще не до конца утвержденная группа не отрываясь смотрела на дверь, боясь даже дышать. Она вышла с неописуемым выражением неверия и счастья на лице буквально минут через пять, которые нам показались вечностью. Мы сообща выдохнули.

Тут же посыпались вопросы, кто куратор и какое у нас направление, но нам был дан ответ, что распространяться на эту тему ей запретили и ждите своей очереди.

Отсеялось еще два человека, затем еще пять практически подряд... Нас осталось все меньше и меньше. Обычно группы комплектовались по пятьдесят-шестьдесят человек, нас уже было не более тридцати. Мы молча переглядывались, не понимая, что происходит.

Меня вызвали едва ли не последней. К тому моменту я уже успела накрутить себя раз сто и столько же раз успокоиться. В аудиторию вошла твердым шагом уверенного в себе человека. В конце концов, если не поступлю сейчас, будет еще год на подготовку и, возможно, это будет более разумным вариантом.

В аудитории было пусто.

Решив, что это очередная проверка, прошла к столу куратора и встала рядом, как положено по Уставу отвечающему. Прошло минут десять. Ничего не происходило. Ничего, я терпеливая. Еще через десять минут ситуация начала меня напрягать. Куратор скорее всего вышел в дверь слева от проектора, потому что оттуда доносились едва различимые звуки, похожие на звяканье посуды.

Ну здорово, видимо кто-то пьет чай, а кто-то стоит и тупит. Раздумывая, что же мне все-таки делать, стояла как истукан на прежнем месте. Вот же куратор, нашел себе развлечение. По моим внутренним часам прошел едва ли не час, когда наконец дверь открылась и оттуда вышел огромный метран, затянутый в угольно-черную форму без единой нашивки. О нем знали все и одновременно мало кто знал его в лицо.

Я имела честь стоять перед Главой Внешней разведки Объединенных Земель!

Как бы мне того не хотелось, но до конца удержать лицо не удалось. Глаза мои на мгновение расширились до диаметра как минимум блюдца от чайной пары, что он держал в руках, дыхание сбилось с ритма. Не сомневаюсь, что он это отметил про себя. Нарис бы меня за это придушила, учила-учила и все без толку.

Я осторожно выдохнула, стараясь не показывать лишних эмоций, и представилась как положено по Уставу, четко произнося каждый слог:

- Абитуриент Идарика Вишневская прибыла по Вашему распоряжению!

- Присаживайтесь, Идарика. Выпьете со мной чаю? - Снова "выбил из седла" меня будущий куратор.

- Благодарю Вас, но, пожалуй, откажусь.