Все мысли и ощущения слились к одному единственному факту. Моя пара. На коленях. Передо мной.

Луна, дай мне сил не сорваться!

– Или так? – добавила почти беззвучно, обхватив своими тонкими пальчиками мой член, чуть сжимая у самого основания.

Весь мой грёбаный мир сосредоточился на этом элементарном действии. На том, как моя пара подалась ближе, почти касаясь головки влажными приоткрытыми губами, горящим взором глядя на меня снизу-вверх. Уничтожая к чертям всю мою выдержку и сопротивление.

– Да… – прошептала, скользнув ладонью по всей длине моего члена, размазывая большим пальцем выступившую каплю семени.

И я невольно зашипел от остроты насквозь пронзивших ощущений. Не думал, что это будет настолько охрененно чувствоваться. В моих представлениях это и в сотой доле не было так приятно. И словно мало ей всего, что она со мной вытворяла, она ещё и губы облизала, призывно проведя по ним своим языком. Подалась навстречу. Шумно сглотнула. Повторно облизала губы. И вновь их приоткрыла. Ближе. Ещё ближе. Почти касаясь грудью моих колен.

Сделай это, девочка моя.

Пока мои яйца не взорвались нахрен от скопленной в них спермы.

Горячее дыхание обожгло головку, и я прикрыл глаза. Чтобы не видеть. Потому что если ещё и смотреть буду…

– Если бы ты заслужил!

Что значит заслужил нахрен?

Нырнула между моих широко расставленных ног и скрылась в рубке.

Пока я переваривал произошедшее.

С губ сорвался нервный смех пополам с гневным рычанием.

Перила под моими руками погнулись, так сильно я сжал кулаки, чтобы не сорваться.

Дверь в рубку сорвал с петель одним рывком. Вместе с частью косяка. Порог перешагнул неспешно, глядя на виновницу моего состояния с самым мрачным выражением на лице.

– Аделия Вега, – произнёс рокочущим от перестройки горла голосом. – Это был последний раз, когда я позволил тебе так с собой поступить, – шагнул к ней, застывшей возле приборной панели.

В конце концов, я тоже люблю поиграть.

Вот и посмотрим, кто кого в итоге.

– Оливейра, я же просто пошутила, – тут же попыталась призвать меня к спокойствию жертва моей эмоциональной нестабильности.

– Да что ты? – усмехнулся, делая свой второй шаг. – Ну, теперь шутить буду я.

– Н-не надо, – попросила она встречно. – Я уже и так всё осознала, больше так не буду! – заверила, выставив ладони перед собой, будто то её в самом деле могло спасти.

– Не сомневаюсь, – согласился я и с этим её заявлением.

– Если не сомневаешься, тогда и не делай! – съязвила нервно Аделия. – Ну, хочешь, я у тебя прощения попрошу? Или десять бутылок Рома тебе взамен разбитых двух куплю? – принялась выдавать мне одну идею за другой, то и дело оглядываясь по сторонам в поисках возможного спасения.