Рыженькие, блондинки, но не зеленые.

Он снова взглянул на Мелли, и та накрутила прядь волос на палец:

— Как интересно, хи-хи! Я хочу сказать, для друидов такие вкусы нехарактерны!

Кларисса молча отметила в блокноте «друид-извращенец».

— О, кстати! — спохватился лорд Рагон. — Я вспомнил, что Древохват планировал участвовать в драконьем отборе, но не сложилось.

— Просто так «не сложилось» или в связи со смертью? — воодушевилась Кларисса, но лорды ничего не знали.

Последние пять минут беседы принесли дознавательнице словесный портрет трех дам сердца друидского посла, адрес господина Трейна и приглашение прилетать к Рагону с Карниэлем, если Клариссе и Мелли — особенно Мелли! — что-то понравится.

В смысле, понадобится.

— Багрового демона в задницу и пятнадцать приспешников сверху! — пробормотала дознавательница, проводив улетающих лордов взглядом. — Я просто обязана написать об этом Магарычу!.. Но сначала мы съездим в Центральный сыскной отдел.

Глава 4

Перед визитом в Центральный сыскной отдел Кларисса и Мелли все же заехали к следователю, который занимался делом посла Древохвата. Его отделение оказалось совсем рядом, буквально в двух или трех кварталах от городских ворот. Девушки осторожно оставили карету у неуютного, угловатого здания желтовато-песочного цвета и спросили у дежурного, как найти господина Трейна.

Конечно же, дознавательница не рассчитывала, что следователь сразу начнет раскрывать все тайны незнакомым девицам — ей просто хотелось познакомиться и обозначить свое присутствие. Во избежание дальнейших недоразумений в ходе расследования.

— Делегация из Розенгарда? — вскинул голову следователь. — Пожалуйста, проходите.

Дознавательница сухо кивнула, искоса рассматривая заваленный бумагами стол Трейна, обошла такой же стеллаж и осторожно опустилась на колченогий стул для посетителей. Второй, ровный, заняла Мелли. А больше ничего в кабинете и не было: только стол, три стула, стеллаж и горы документов. Казалось, что сюда переехал архив.

Впечатление о самом Трейне сложилось какое-то смазанное. На первый взгляд следователь, так поразивший дотошностью Рагона с Карниэлем, казался молодым, подающим надежды профессионалом: спокойным, суровым, дотошным двадцатипятилетним молодым человеком. Вот только при ближайшем рассмотрении выяснилось, что основная надежда, которую он подает двум леди, — это надежда выдать замуж Мелинду.

Господин Трейн едва успел открыть рот, а Мелли уже забрала у Клариссы блокнот и записала туда «какой лапочка!». Едва ли она прониклась профессионализмом Трейна. Скорее, медовым загаром, мягкими каштановыми волосами и длинными — длиннее, чем у Крылатого Короля — ресницами.