Алфея отстранилась. От ее тоскливого взгляда снова стало больно.

– Как же так получилось, Рейган? – жалобно вопросила она, разжимая пальцы. – За что Судьба столь жестока с нами? Почему она… почему выбрала ее?

– Это ошибка. Мы обязательно во всем разберемся. Обещаю.

Только вот Алфея как будто его не слышала. Глядя ему в глаза, дрожащими пальцами принялась расстегивать крохотные пуговки, которые украшали лиф свадебного платья.

– Алфея, не надо, – пробормотал Рейган и ладонью накрыл ее руку в попытке остановить.

Но, перехватив его руку, Алфея направила ее в резко углубившееся декольте.

Ладонь обожгло при соприкосновении с ее теплой и бархатистой кожей. Судорога свела мышцы, заставив пальцы слегка сжаться, словно он взвешивал аккуратный холмик груди. От этой нехитрой ласки Алфея шумно вздохнула и едва слышно ахнула. Глаза слегка затуманились, а с губ сорвалось тихое:

Она выглядела такой красивой, нежной и трепетной в его руках! Казалось бы, ничего сложного, достаточно податься вперед и рвануть оставшиеся пуговки. Освободить из плена шелка и кружев ее стройное тело… ласкать, целовать… любить, пробуя на вкус ее атласную кожу.

Брать, дарить наслаждение и чувственное удовольствие… надо лишь сделать шаг навстречу…

– Алфея, – повторил Рейган и попробовал отстраниться.

Однако для хрупкой девушки под сильными успокоительными и на пороге беспамятства она проявляла удивительную стойкость.

– Пожалуйста, не отталкивай меня, – вновь приподнимаясь, прошептала Алфея. Ее пальцы невесомо прошлись по его плечу и легли на щеку, лаская. – Я так долго ждала этого… так мечтала. Пожалуйста, дай мне почувствовать себя любимой… дай мне возможность почувствовать себя твоей.

Я не знаю, что будет дальше. Удастся ли нам перехитрить богиню… но я хочу быть твоей, Рейган… только твоей….

Новый поцелуй был намного приятнее предыдущего. Ее губы ощущались мягкими и очень сладкими. Их хотелось целовать. Ее хотелось ласкать и не отпускать.

Рейган ведь действительно полюбил ее, эту маленькую светлую с чистым сердцем, действительно испытывал к ней нежность и хотел видеть своей женой. Ее, а не вредную ведьму с черным ободком вокруг радужки и ехидной усмешкой.

Образ язвительной темной ведьмочки с внимательными светло-голубыми глазами, которые будто заглядывали в самую душу, моментально предстал перед внутренним взором, напрочь отбив желание.

Рейган поспешно отстранился, убрал руку, которая так хорошо помнила тяжесть женской груди, и мотнул головой, прогоняя наваждение.

– Ты… ты не хочешь меня?

Глаза Алфеи вновь наполнились слезами, а щеки заалели стыдливым румянцем.

– Хочу. Но у нас все будет не так, – поспешно объяснил он. – Ты и я.