А кругом деревяшки… деревянные дома, они начинались от вокзала и шли бесконечно… каменный город начинался, по сути, от самого центра, от драматического театра. Он помнил еще те времена, когда на одной стороне Карла Либкнехта и даже Удмуртской еще были деревяшки, и они гоняли туда играть с пацанами.

Неужели и тогда было такое же?

Раньше было МВД, было КГБ, было ГРУ – над ними был аппарат ЦК во главе с высшей властью для всесильных силовых министров – заведующим отделом административных органов ЦК КПСС. Он же был высшим арбитром в спорах, только в самом крайнем случае выносили на Генерального.

Но ведь тогда не было такого?

Еще в конце семидесятых это дело знал каждый выпускник Академии ФСБ или любой из высших школ КГБ – группа милиционеров-лимитчиков убила на Ждановской майора КГБ, из секретариата Андропова. Дело раскрыли, четверых ментов-подонков расстреляли. Это дело стало прологом к падению всесильного министра МВД Щелокова, но оно же положило начало сильнейшей ненависти ментов к комитетчикам и наоборот.

А в девяностые и нулевые менты взяли своего рода реванш. Комитетчики – чем они занимаются, после погрома Комитета, после того как мы задружились с США и теперь не шпионим вроде как друг за другом? Ну, есть, скажем, отдел по защите конституционного строя – они с терроризмом и экстремизмом борются, хотя на местах вся работа сводится к профилактике «русского фашизма». И, по сути, все. Ну еще наркотики – хотя там полномочия разделены между несколькими службами. А в милиции, которую переименовали в полицию, там целая россыпь ОРЧ – и по бандитизму, и по экономическим преступлениям, и по компьютерным, и по коррупционным…

Так что МВД вполне созрело для того чтобы взять реванш. Даже сейчас… б… даже сейчас, когда весь мир по п…е пошел, когда мертвые жрут живых, когда все ко всем чертям пошло – даже сейчас идет эта грызня… грызня за активы, за близость к власти… да просто грызня, потому что никто не умеет жить иначе.

Глава республики сам был выходцем из структур ФСБ, но сейчас ему было до тошноты отвратительно находиться там, где он находился, и слушать то, что он слышал. И Копытцев, которого он знал лично…

– Если есть материалы – выносите на прокуратуру, на Госсовет. Если нет, то и разговаривать тут не о чем!

Присутствующие поняли, что разговор закончен, начали расходиться.

– Витя… – задержал он Копытцева.

Копытцев сел подальше от основного стола, на самом краю приставленного буквой Т стола для посетителей.

– К чему мы пришли, Витя? – спросил он. – Не думал?

Бывшая Россия, Удмуртия

Ижевск, Воткинское шоссе

Управление МВД по Удмуртии

Оборотни в погонах. Внутренний круг

Переворот был какой-то странный.