После руководит всем процессом сам, не давая мне никакой возможности противостоять ему.

На пик удовольствия взлетаю первая.

Боясь быть услышанной кем-нибудь, зажато стону и скулю.

- Отпусти себя, Женечка! Хочешь кричать, кричи! И посмотри мне в глаза, милая. Мне нужна твоя страсть, - шепчет Зорин, придавливая своей огромной ладонью низ моего живота и массируя узелок страсти.

И я кричу, но только в его плечо…А после размякаю в объятиях это невозможного мужчины.

Мне в душе немного стыдно. Нетне так…

Меня грызет беспощадная жаба совести. Но…

Полученное удовольствие снижает ее остроту.

И я обещаю сама себе, что подумаю об этом завтра. Вернее, утром…Одна…

Сижу в супер удобном кресле открытой спа зоны отеля. Мои ноги, вернее, ступни щекочут черные рыбки.

Пока маленькие пожиратели эпители снуют и приятно пощипывают мою кожу, я устроив голову на подголовный валик и закрыв глаза, релаксирую.

Правильнее, наслаждаюсь первым днем личной свободы.

Потому как Зорин, почти как карлсон, только сегодня утром частным бортом улетел по каким-то чрезвычайно важным делам.

Я даже на машине отеля ездила его провожать на аэродром.

Не могу сказать, что без желания. Но…

Для меня вся эта межличностная кутерьма оказалась достаточно забавной, потому что такого в моей жизни еще не было никогда. Хотя…

Теперь мне кажется, что до Зорина в моя жизнь была, как стоячая вода, на которой очень редко появлялась зыбь от дуновения ветра.

Нет…Мы с Яковом много раз вместе проводили отпуска. Но…

В нашем совместном отдыхе царила продуманная и спланированная размеренность.

И всегда присутствовало такое важное для нас обоих понятие как «личное пространство».

С Зориным же слово «одна» я забыла на целых четыре дня.

Роман не дал мне никакой возможности хоть минуту побыть в своем привычном лично-уединенном коконе.

Этот невозможный мужчина добравшись до моего тела напрочь лишил меня личного пространства.

Так и заявил утром после нашей первой бессонной ночи: «ЖенюлИ, ты - моя! Я твое личное пространство…»

И каждую минуту находился рядом со мной или во мне.

С Зориным я впервые в жизни поняла выражения «не вылезать из постели» и «не могла свести ноги»

За все пятнадцать лет отношения с Яковом у меня не было так много близости, как в эти четыре дня с Романом.

В самый первый день мы фактически не вылезали из постели.

Нет, с кровати мы все же выползли. Ну, где-то уже в обед. И только потому что в дверь мого бунгало постучал официант с доставкой заказа из ресторана.

До сих пор хихикаю, вспоминая этот первый сумасшедший день вместе с Романом.

Мы отрывались друг от друга только на перекусы. А так…

Все время между перерывами на еду в душе, в бассейне, в зоне солярия, в гостиной, - везде мы сливались в порыве страстного секса.