Но…

Мне так хочется завершить это дело, что решаюсь. Набираю Элен Мазай.

Дантовна как всегда на позитиве в какофонии голосов своих любимых зайчишек.

Слушая фон из разноголосицы «мам», «ну, ма», «мамуль», «мамсик», - начинаю грустить.

Если бы Яков хотя бы лет пять назад решился на создание со мной семьи, то я могла бы быть мамой двоих деток как минимум. Но…

Тогда пять лет назад у младшей Маши был сложный подростковый период. Она вела себя вызывающе, плохо училась, сбегала из дома с какими-то неформалами. Да, и старший сын тоже делал Шаху нервы.

- Женька, сорян! Зайцы на мне до приезда Мазая. А детям как известно рты не закроешь, - говорит Элен между веселых реплик детям. - Как я поняла рассерженный муж готов на досудебное урегулирование?

- Ну, буквально сейчас его помощник мне об этом сообщил, - отвечаю, хихикая над объяснялками среднего сына Элен.

- Ну и супер, тогда я с этой королевной Екатериной обсужу и назначим день и время. Она, если честно, боится Зорина. Только с третьего раза удалось объяснить, что к исковому заявлению необходимо приложить документы, подтверждающие соблюдение досудебного порядка урегулирования спора, - говорит Дантовна, чмокая кого-то из малышей. - Ой, милые мои, а вот и наш любимый папочка.

Жду еще время пока Элен перекинется несколькими словами с мужем.

- Котя, я здесь, - слышу Мазай снова обращается ко мне. - Ну, как ты приноровилась к Зорину.

- Господи, лишь бы они решили закрыть вопрос до суда. Не знаю почему, но меня, Элен, от него потряхивает постоянно. Словно у него энергетика тяжелая.

- Ну, Жень, бузиносы его уровня все сложные. Иначе они бы ничего в жизни не добились. Это только девочки по типу его жены думают, что могут их приручить и приучить есть с руки, - хмыкает Дантовна. - Это утопия. Иллюзия и самообман. Я знаю только одного бизнесмена - рационального подкаблучника. Это муж моей подруги Максим Греков. Но с его Ирихой Гитлеровной иначе никак.

- Ну, твой Мазай, вообще, образец мужа и отца.

- Есть такое. Мне грех жаловаться. Но иногда все же хочется нежно придушить в объятиях, - смеется Элен. - Кстати, Гера очень хорошо отзывается о Зориных. Женька, извини, прощаюсь, у нас тут битва титанов случилась.

Элен отключается, а я решаю пораньше поехать домой к своему Васеньке.

Начинаю собирать сумку, как в дверях кабинета нарисовывается Шах.

После разговора у меня дома прошло уже больше месяца. За все это время мы и разу не общались тет-а-тет.

Я молча смотрю на Якова. Он тоже не торопится говорить. Но…

Внутри меня закручивается спираль противоречивых ощущений и эмоций.

Яша подходит ко мне. Обнимает и прижимает к себе. И я начинаю хлюпать носом…

Просыпаюсь от мяуканья Васятки за дверью спальни и посапывания Якова рядом.

Глаза все еще не открываю. Но…

Сама себе улыбаюсь от счастья.