Он сидел на качелях, положив одну руку на спинку, и, упираясь ногами в землю, почти незаметно раскачивал их. Против обыкновения в его руках не было смартфона. Похоже, он тоже вышел просто подышать. Впрочем, Саша ничего не имела против его общества.

— Можешь потом одолжить мне телефон? — спросила она, подходя к нему и на ходу поджигая сигарету. — Мне нужно поговорить с Максом.

— Конечно, без проблем, — с готовностью отозвался Войтех, слегка щурясь от яркого солнца. — Только он остался в комнате. — Он пару секунд помолчал, разглядывая ее, а потом спросил: — Как Яна?

— Уснула. — Саша затянулась сигаретой, глядя куда-то в сторону, чуть выше его головы, а потом перевела взгляд на него и внезапно сказала: — Я хочу забрать ее.

Войтех удивленно приподнял брови, вопросительно глядя на нее.

Войтех продолжал смотреть на нее, отчасти восхищенно, отчасти сочувственно, а потом вдруг похлопал рукой по качелям рядом с собой и попросил:

Она несколько секунд медлила, словно не сразу поняла, что он имел в виду, а затем опустилась рядом, оказавшись почти в его объятиях. Ваня, если увидит, потом не отстанет с насмешками, но в данный момент ей было плевать.

— Думаешь, это плохая идея? — неуверенно спросила она.

— Нет, это хорошая идея, — мягко заверил Войтех. — Конечно, она требует обсуждения с Максимом, но я уверен, что вы бы стали прекрасными родителями для этой девочки. — Его тон и слова подразумевали большое жирное «но», которое не заставило себя долго ждать: — Но я уже успел переговорить со старостой поселка. Объяснил ему ситуацию… в общих чертах, конечно. Он вызвал полицию, чтобы те начали искать Ярослава. А еще он сообщил, что сюда уже едет сестра Марьяны. Скорее всего, девочка побудет с ней, пока будут идти поиски. Возможно, опеку оформит тоже она. Как минимум, она будет иметь приоритетное право.

Саша молчала очень долго. До тех пор, пока сигарета не догорела до самого фильтра, и она без зазрения совести швырнула ее вниз.

— Я… не стану врать Яне, что я ее мать, да это и невозможно уже в таком возрасте. И не стану препятствовать их общению. Питер не так уж и далеко от Нижнего, она сможет приезжать.

— Мы не знаем их ситуации, конечно, — вздохнул Войтех, — но если бы речь шла о моей племяннице, я бы чужим людям ее не отдал. Поговори с ней. Но сначала, конечно, с мужем.

Саша вздохнула, понимая, что он прав. Она бы тоже не отдала. И эта женщина не отдаст. И Максиму она еще ничего не говорила. Они никогда не поднимали вопрос усыновления, и она даже не представляла, как он к этому относится, потому что всегда считала, что для нее самой это неприемлемо. Она быстро вытерла лицо руками, снова глядя куда-то в сторону.

— Да, ты прав, она не отдаст, да и Яне будет лучше с родными. Это был просто минутный порыв.