— Я не думала, что тут такое! — И обратилась к Мику: — Возвращайся назад! Найди Матэуша или Никласа! Или любого другого! Приведи кого-нибудь из них!

Его кобальтовое лицо с запавшими глазами осталось бесстрастным. Ничего ни говоря, мужчина поспешил прочь, и похожая на чрево кита тьма поглотила лодочника. Шерон вместе с Воцлавом начала спуск по извилистой тропке, то и дело оскальзываясь и взмахивая руками, чтобы удержать равновесие.

Стихия бесновалась и ревела, пожирая все остальные звуки.

Кувалды били в скалы, уины выли вместе с ветром, и девушка старалась не смотреть туда, где хрипели от ярости свирепые волны. Озлобленное море пугало даже того, кто жил с ним бок о бок целую жизнь.

Им пришлось пройти по далеко выдающейся в воду высокой каменистой косе, куда без труда долетали брызги разбивающихся волн, и каждая из них была величиной с дом, к которому они шли. Шерон смотрела под ноги, боясь поскользнуться на влажных камнях. Она не заметила, как полосатый, сложенный из красноватого камня маяк, построенный мастерами Единого королевства, оказался рядом.

Указывающая с облегчением коснулась шершавого, мокрого и ледяного бока строения.

Двухэтажный дом Уве находился тут же и был пристроен к маяку около пятидесяти лет назад.

Шерон ни разу не бывала внутри и не представляла, каково расположение комнат. Это сильно осложняло ее работу, так как заблудившийся может быть где угодно. Единственное, что знала девушка — с первого этажа можно легко перейти в маяк.

В овчарне безостановочно кричали овцы, и даже непогода не могла заглушить их. Животным, в отличие от людей, не требуется пламя, чтобы понять, что рядом с ними опасность.

Как и думала Шерон, дверь оказалась заперта, а вот ставни Уве, как всегда, закрыть не потрудился, хотя Йозеф его много раз предупреждал, что эта беспечность может дорого ему обойтись. Но теперь девушка была благодарна судьбе, что так случилось.

— Надо разбить стекло! — проорала указывающая на ухо Воцлаву, но тот расслышал ее только со второго раза.

Они нашли невысокое, находящееся на уровне плеч фермера окно. Он достал из-под плаща короткую дубинку и одним мощным ударом уничтожил преграду. Затем очистил раму от торчащих в ней острых осколков.

Мужчина попытался что-то сказать, но Шерон не услышала. Прочла по губам:

— Внизу пять комнат и подвал. Еще подсобка. И выход в маяк. Наверху четыре. И чердак.