— А что ещё делать в такую жару? — пожал плечами король.

— Ну, твоя правда, — согласился я.

— Но я рад, что ты наконец-то вырвался с границы, — сказал Раэн, вставая. Мы обнялись, — как там дела?

— Я приехал поговорить с тобой лично, — ответил я, и сразу, не стал ходить вокруг да около, сказал:

— Где-то в самом верху, в штабе, есть предатель.

— В моём штабе? — нахмурился король.

— Я не исключаю и свой, — согласился я. — Но некоторые операции в моём штабе не оглашались. Некоторые детали были известны только в главном штабе. И есть ещё косвенные признаки.

Я рассказал Раэну о ситуации, происходящей в дальних гарнизонах. Король задумался.

— Умеешь же ты испортить настроение, — сказал он после небольшой паузы.

Я понял, что он перебрал по памяти всех, кто имел уровень доступа в главный штаб, и, так же, как и я, пришёл к выводу, что круг подозреваемых достаточно узкий.

— Ты уже кого-то подозреваешь? — спросил он, пристально глядя на меня.

— У меня два имени, но я не уверен, кто именно.

Я назвал эти имена и высказал свои сомнения по поводу одного и по поводу второго. Раэн покачал головой:

— Нет, только не он…

Но как бы мне ни было жаль, всё указывало на то, что предателем может быть младший брат короля.

— Я никого не обвиняю, в любом случае остаётся ещё генерал Доголер, — заметил я.

— А какой мотив у генерала? — спросил Раэн.

— Ну хотя бы то, что твой отец казнил его отца…

— Но сын предателя не значит, что он сам предатель, — сказа король.

— Я знаю, поэтому и не обвиняю. Это просто моё мнение, и я приехал высказать тебе свои опасения. Дальше, надеюсь, ты передашь это в ведение безопасников.

— Да, — кивнул Раэн. — И надо быть осторожнее. Возможно, стоит давать не всю информацию. Или специально дать ложную, и проверить, как на неё среагируют.

И тут Раэн огорошил меня:

— Тебе первому говорю, — сказал он. — Мельдор предложил провести мирные переговоры.

— И они предлагают временное перемирие, на время переговоров, — добавил Раэн.

— Я не верю, что это настоящие переговоры, — нервно вырвалось у меня, — почему именно сейчас, когда наше наступление стало успешным?

— Ну ты знаешь, я давно хотел решить дело миром, — произнёс Раэн, — может быть, сейчас у меня получится.

— Раэн, если хочешь знать моё мнение, то я против. Нам сейчас нужно немного усилий, и мы отбросим их ещё дальше, закрепим линию обороны. Если мы сейчас остановимся, время «съест» всё наше преимущество. Много людей ты мне дать не сможешь, а охранять такую длинную границу с теми, что есть, я не смогу.

Но Раэндир вместо того, чтобы прислушаться к моим словам, вдруг прищурился и спросил:

— А что с тобой произошло? Ты стал гораздо сильнее.

Я вздохнул. Пока мне не хотелось ни с кем делиться тем, что у меня стал получаться оборот без ариферма.