И всё же — что именно придумал сотрудник госбезопасности? И почему он не поделился планом с инициатором операции по захвату предателей Родины? Решил все лавры с медалями повесить на свою грудь? Да они прапорщику на хрен не нужны — скоро дембель. И как все знают: «Дембель неизбежен, как крах капитализма!»

Главное, чтобы его солдат не пострадал, да и сам начальник стрельбища дослужил нормально, как сказал командир полка, подполковник Григорьев. Но, тут Кантемиров уважил подполковника и после его просьбы дослужил два месяца до замены старшего офицера без приключений на свою жопу. Тимур знал, что вчера, в пятницу подполковника Григорьева с семьёй проводили до дрезденского вокзала.

И с понедельника личный состав 67 МСП будет видеть на территории части только подполковника Болдырева. Вроде, мужик нормальный…

Прапорщик завёл рядового в дом, представил офицера по имени-отчеству, ещё раз хлопнул солдата по спине и вышел.

Путилов и Драугялис беседовали около часа. Начало смеркаться, похолодало, и над полигоном поплыл густой туман. Первым из домика вышел контрразведчик, довольно помахивая своим портфельчиком.

Прапорщик подошёл к капитану КГБ, который указал рукой в сторону ворот:

— Пойдём, проводишь до Вартбурга.

Подошли к автомобилю, водитель ключом открыл дверь и закинул портфель в салон. Посмотрел в лицо начальника стрельбища и сказал:

— А теперь, Тимур, слушай внимательно. Солдата не трогать и не разговаривать с ним. Пусть немного придёт в себя. И пусть сегодня ночью спокойно покинет полигон. Не вздумай задерживать и отговаривать.

— Не понял, — Кантемиров сделал шаг ближе к собеседнику.

— Что тебе не понятно, прапорщик? — голос сотрудника в форме капитана бронетанковых войск затвердел.

— Ни хрена не понятно, товарищ капитан, — постарался спокойно ответить прапорщик и спросил: — Драугялис с земляками сегодня сбежит в ФРГ?

— Пусть бежит. Теперь он наш, — водитель облокотился о крышу автомобиля.

— Ромас и так наш. Солдат не хотел бежать на Запад, — возразил начальник стрельбища.

— А теперь пусть бежит и выполняет особое задание партии и правительства.

— Ромас беспартийный.

— Слушай, прапорщик, ты, в самом деле, ничего не понимаешь или просто делаешь вид тупого солдафона?

— Какой есть, — Тимура начала охватывать непонятная злость. — Куда нам до высших материй. Объясните толком, Виктор Викторович.

— Для тебя, прапорщик — товарищ капитан. Пока — товарищ. А завтра посмотрим, как дело сложится.

— А вот это уже не твоего ума — ДЕЛО! — контрразведчик сел за руль и посмотрел на Кантемирова снизу-вверх. — Сорвёшь нашу операцию — пеняй на себя.