– Вообще стрелять не следовало, – оценил ситуацию майор Тихомиров. – Тогда нас не ждали бы. Теперь будут ждать…

– А мы не пойдем, – решил Занадворов. – И стрелять больше не будем. Подождут и ждать устанут. Что-то они должны будут предпринять. Век там сидеть не пожелают. А ночью наше время наступит… Сколько у нас до темноты?

– Часа два, – глядя в небо, прикинул капитан Ёлкин. – Тучи низкие ползут, стемнеет сегодня быстро.

– Не-а, – не согласился Тихомиров. – Тучи не низкие. Это мы высоко. И солнце еще долго из-под туч светить будет. Три часа до темноты, не меньше…

– Никак не меньше трех, – согласился с майором старший лейтенант Заболотнов.

– Никак не меньше… – повторил старший лейтенант Шумаков, не отрываясь от прицела. – Что с раненым делать? Он переговаривается с теми, что спрятались. Похоже, помощи просит. Они не рискуют. Что-то бросили ему. Похоже, перевязочный пакет. Не долетело, а он сам достать не может…

– Ты куда ему попал? – спросил Занадворов.

– Мягкие ткани внешней стороны бедра. Старался и кость не задеть, и артерию не зацепить.[12]

– Ничего не делай. Сейчас женщину пошлют. Она раненого перевяжет…

Все оказалось так, как предсказал командир.

Сергей Палыч давно изучил повадки боевиков и предвидел, что сами бандиты за дверь не высунутся, но женщину обязательно используют как живой щит. Возможно, даже заставят прикрывать собой раненого и затаскивать в дом. Для этого могут и отца Хамзата использовать.

Занадворов поднял бинокль и увидел, как женщина вышла, осмотрелась, словно ждала выстрела в свою сторону, подобрала перевязочный пакет и передала раненому. Потом ей что-то крикнули из-за двери. Это было понятно по тому, как она обернулась.

После окрика женщина прикрыла собой раненого от тропы, что вела к метеостанции. Боевики, естественно, правильно предположили, с какой стороны был произведен выстрел.

– Три часа… Времени хватит, чтобы произвести полную блокировку, – решил подполковник. – Тихий, бери половину, выступай с нижней стороны. Я дождусь мальчишку и полезу сверху. С наступлением темноты начнем сжимать кольцо. Громобой, со мной!

Все знали, что подполковник любит иметь под рукой снайпера, и потому тот обычно старался держаться рядом с командиром, чтобы потом не подползать к нему издалека.

2Жалеть о том, что отправился в этот маршрут на сопредельную территорию, то есть на территорию другого государства, подполковник специальной службы внешней разведки Грузии Элизабар Мелашвили начал уже сразу после того, как Джогирг Зурабов объяснил, почему они двинулись в обратную первоначальному направлению сторону. Не подполковнику объяснил, а своему помощнику Абдулмуслиму. И Мелашвили понял из этих слов, что джамаата Амади Дидигова, скорее всего, больше не существует.