— Это просто приказ, ничего больше, Ваше Высочество!

— А если я принесу Кодекс Императора, сможешь принести клятву на нем, что на твоих руках нет крови невинных, что ты не вредил гражданам своей империи, что даже если отдавали такой приказ, то ты всегда промахивался?

Человек смотрел на меня ошарашенными глазами. Он тяжело дышал, не зная, что ответить.

— Понятно, — отвечаю я и наношу один, точно выверенный удар клинком, прямо в его сердце.

Человек издает предсмертный крик, его тело обмякает. Из него выходит слабенький дар пироманта и отправляется прямиком к Многомерной Вселенной. Такой мне ни к чему.

Вчера и сегодня здесь погибло очень много людей, а я не могу хранить в себе бесчисленное количество даров, поэтому пришлось выбрать из имеющихся самые ценные экземпляры, чтобы потом применить их с умом.

Единственное, с чем я мог разобраться сразу — это с дарами тени, а таких здесь было целых три штуки. Их я сразу после получения очищал, насколько это было возможно, а затем передавал своим служанкам, попутно усиляя их.

Они сейчас, кстати, выстроились в ряд в ожидании дальнейших указаний. Хорошо, что на них была боевая черная форма, а не одежда горничных, в которых они расхаживают большую часть своего времени. Мне не особо нравится эта придумка Алины, но в таком виде они и на половину заданий ходят.

Как-то Алина рассказывала мне историю. Человек, которого должны были убрать, заметил в баре горничную. Он говорит: «Смотрите, горничная!»… И через пару минут нет этого человека. Горничные уже становятся знаком какой-то беды. Конечно, не для меня, а для моих врагов.

— Уберите здесь. Не должно остаться ни одного следа, — отдаю я приказ девушкам.

— Да, господин, — отвечает Алина.

— Много людей графини пострадало?

— Двенадцать убитых.

— Понятно. Доставьте их сюда. Это и будут павшие защитники. И проследи, чтобы графиня компенсировала смерть их семьям.

Часто среди дворян использовалась такая практика, что если гвардеец умирал на службе, его семье выплачивалась солидная компенсация, чтобы жена и дети убитого могли несколько лет безбедно жить за неимением кормильца. А если остались маленькие дети, иногда и вовсе предоставлялось жилье. Так делали во время моего первого правления… Сейчас это стало редкостью и осталось в немногих семьях, поэтому я и попросил Алину проследить. Не хочу, чтобы из-за произошедшего здесь голодали какие-нибудь дети.

— Но, господин… Это же люди графини, разве она не должна сама решать? — осторожно возражает Алина.

— Может люди и ее… но управлял ими я, на тот момент.

— Понятно, — кивает служанка. — Я прослежу, можете не сомневаться.

Дав служанкам подробные инструкции, я вернулся в поместье, точнее в то, что от него осталось — в кабинет покойного графа.