Как сам? – спрашивает отец.

- На, кровь хотя бы смой, - говорит мужик.

Достает из бардачка и сует мне в руки пачку влажных салфеток.

– Куда так спешишь, будто на пожар? - продолжает допрос.

- На пожар, - говорю я и начинаю приводить лицо в порядок.

Кровь оказалась только у виска, я стираю ее и посильнее взъерошиваю волосы. Загораживаю рану челкой.

Движения рук простреливают новой болью в груди и я непроизвольно морщусь.

- Что, ребра? – тут же замечает глазастый мужик.

Особенно по сравнению с тем, что творится на душе.

- Ну, это еще терпимо. Вот брат мой год назад в похожую переделку попал, так до сих пор лечится, - рассказывает мужик. – Открытый перелом ноги, куча уколов, полгода с аппаратом Елизарова. А ты…В общем, повезло тебе парень, так повезло. Тьфу-тьфу, чтоб не сглазить.

- Ага, - криво усмехаюсь я. - Повезло.

Мужик начинает вываливать на меня подробности про своего брата.

Слушаю его вполуха, а сам подгоняю мысленно, потому что несмотря ни на что я должен успеть, я просто не могу не успеть.

Итак столько времени потерял.

- Может тебе это, пару глотков в виде обезболивающего? – спрашивает мужик и сам же себе возражает. – Хотя нет, вдруг освидетельствование понадобится или там лечение какое в больнице.

- Давай, - говорю я, потому что чувствую, не выводит организм нихрена только на одном адреналине. Он сходит постепенно, а головная боль все разрастается.

Координация нарушена, так что я не пью, а только проливаю на рубашку. Мужик предлагает мне воду.

После нескольких глотков мне становится немного лучше. Достаточно, чтобы, когда мы подъезжаем к Загсу, не свалиться прямо там у ступеней, а собраться и идти дальше ровно. Ну, или почти ровно, потому что каждый шаг дается мне нелегко.

Но я сцепляю зубы и упорно иду вперед.

- Бельчонок, ты не выйдешь за него! – задвигаю я с ходу, едва врываюсь в, мать его, торжественный зал и вижу там ее тонкую фигурку.

- Молодой человек, пожалуйста, покиньте помещение, - тут же взрывается тетка-регистраторша.

Я даже не смотрю на нее.

- Поздно, нас расписали уже, - хвастливо заявляет ненавистный хрен, и за эти слова я готов снова отправить его в больницу.

Но тут натыкаюсь на ее испуганный и выводящий, мать вашу, взгляд.

Смотрит на меня, бледнеет на глазах, вся трясется.

Видимо от страха за него.

- Значит, все же вышла? – цежу я, задвигая поглубже свой первый неосознанный порыв..

Перевожу взгляд на кольцо, появившееся на ее безымянном пальце, затем снова возвращаю его на лицо.

В голове не укладывается, и меня от этого всего начинает мутить с новой, удушающей силой.

- О боже, он напился, вон, как шатает. Это ее бывший? - бормочет кто-то, но я уже не фокусируюсь.

- Вышла, блин? Ты же понимаешь, что это край. Все.