То же самое ему твердили еще с тех пор, когда он не понимал смысла этих слов. Ему не стоит ждать утешения. Ни доброты, ни сочувствия. Никто и никогда не полюбит его – просто не сможет.

«Ты этого не заслуживаешь, мальчик».

Когда он покинул столовую и направился в гардеробную, за ним последовал только Дункан.

– Дункан, приготовьте мне ванну, лучший костюм и вещи в дорогу. Сегодня мы уезжаем.

Рэнсом принялся на ходу расстегивать манжеты.

Они сейчас же отправятся в Лондон. Там он сразу же явится в банк и опустошит свои счета. А если предатели-поверенные уже заморозили их, он пойдет по клубам, в которых все еще состоит, и постарается взять в долг или выпросить столько, сколько сможет.

И все средства, которые ему удастся собрать, достанутся Иззи. Пусть он не нравится ей, пусть о любви к нему не может быть и речи, но ему необходимо знать, что она обеспечена.

– Ваша светлость, – начал Дункан, – а вы уверены, что это разумно?..

– Нет. На этом и закончим. Мудрые советы мне не нужны. Вы мне не советчик, а камердинер.

– Я думал, меня повысили до дворецкого.

– А теперь снова понизили. Готовьте ванну. И костюм. И все прочее.

Раздеваясь, он слушал, как гремят чайники и как потом ванну подтаскивают по полу ближе к очагу.

Когда звуки смолкли, Рэнсом ощупью нашел ванну и погрузился в нее, предвкушая, что сейчас его обольют теплой водой.

Вместо этого на него обрушился поток ледяной воды.

– Какого?!.. – отплевываясь, вскричал он.

– Считайте это моим заявлением об отставке, ваша светлость.

– Вы не можете уйти!

– Еще как могу. Пенсию я обеспечил себе еще несколько лет назад. Но работу не бросал – по глупейшей из причин. Из-за обещания, которое дал давным-давно. Но сегодня в столовой вы просветили меня. Вы совершенно ясно дали понять, что любые клятвы и обещания… как же это? Кажется, «чушь собачья». Точнее не припомню.

Рэнсом смахнул с лица ледяные капли.

– Что все это значит? Вы никогда не приносили никакой присяги. Клятвы камердинера не существует. Как и Ордена крахмального воротничка.

– Вам – да, не приносил. А ей я поклялся.

– Нет, вашей матери. Перед тем, как она умерла, я пообещал ей присматривать за вами. Нелепо, правда? Еще одна слезливая сказочка.

Рэнсом сделал медленный вдох.

Значит, мало того, что он стал невольной причиной смерти родной матери. Он испортил жизнь и Дункану. Что ж, теперь он знает и об этом.

С другой стороны, положить конец этой пытке – проще простого.

– Считайте, что этого обещания вы не давали.

– О, конечно, ваша светлость. Так и сделаю.

И на голову герцога обрушилось еще одно ведро ледяной воды.

– Вы болван, – выпалил Дункан с яростью, какой Рэнсом от него никогда не слышал. – Я видел вас в стельку пьяным, распущенным, предающимся всем мыслимым порокам.