Честно говоря, я ненароком испугалась, что действительно в ледышки народ превратить собирается, но нет. Рейалин полностью контролировал свою звериную натуру.

Вторая волна обрушилась на забор. И вот только я подумала, что пора бы заканчивать наши полеты — поджилки-то все равно тряслись, — как драконище явно решил мне отомстить.

В ночное небо мы влетели стрелой, а после меня так покатали, что вспомнился не только обед, но и завтрак. Страшно? До ужаса, но невероятно, безумно, невозможно классно. Наши парки аттракционов могли смело закрываться, потому что таких эмоций я не получала никогда.

Ноги не держали, но улыбалась я до ушей.

— Так что там с моими клыками? — поймал меня Рейалин, оборачиваясь в человека на круглой площадке, которая венчала башню замка.

— Потрясные клыки, — выдохнула я, повисая на мужчине. — Подаришь один?

Мой смех еще долго разносился над замком.

С крыши внутрь можно было попасть только по винтовой лестнице, частично огибающей башню. Конечно, было видно, что сегодня здесь даже кто-то начал уборку, но закончить ее времени явно не хватило, так что поскальзывалась я только так.

И вот хорошо, когда позади тебя спускается статный дракон в одной рубашке. За шкирку он меня ловил очень аристократично.

Не откладывая на завтра то, что можно сделать сегодня, я быстро спустилась на второй этаж и вышла в бальный зал, где со скучающим видом разгуливали гости. Мужчины и женщины резво расступались, освобождая мне своеобразный проход, что вел к длинному столу с шестью высокими креслами.

Я не возражала. Ноги гудели, а потому посидеть очень даже хотелось. Да только едва я села, в зале появились уважаемые дакры, которые тоже решили примостить свои чешуйчатые попы рядом со мной.

Пока я поражалась наглости некоторых, церемониймейстер призвал всех к тишине.

— Разбирается преступление против человеческой жизни, — взял слово Рейалин, выжидательно поглядывая на меня. — Приведите обвиняемого.

Долго ждать не пришлось. Обвиняемого прятали в одной из ниш с диванчиками, так что перед честным народом он появился тут же, по-прежнему изображая из себя неадеквата. Я же немного растерялась, не зная, с чего начать. Прямых доказательств ведь у меня не имелось — только предположение.

Но начинать-то нужно было!

— Итак, — поднялась я на ноги, обходя стол. Подумав немного, присела на край столешницы, чтобы чувствовать себя комфортно. Я здесь прямо-таки полюбила, когда у окружающих лица вытягиваются. — Для меня совершенно очевидно, что на подсудимого была наложена какая-то магия, а значит, преступление он совершил не по своей воле. Больше того, я уверена, что действовал он под подавляющими или управляющими чарами, потому что напрямую с жертвой у них никаких конфликтов не имелось.