Слоан горько рассмеялся:

— Уж во всяком случае, не в горы бежать!

— Неважно. Только Роран чушь порет, а вы его слушаете!

— Ты можешь не слушать, — спокойно заметил Хорст.

— А я и не собираюсь, — заявил мясник. — Отправляйтесь в этот чёртов Спайн, если угодно, но ни я, ни моя семья туда ни ногой, пока я жив! — Слоан схватил свою шапку и бросился к дверям, наградив Рорана напоследок злобным взглядом. Тот хмуро посмотрел на него, понимая, что Слоан со своим ослиным упрямством не только стал ему врагом, но и подвергает смертельной опасности Катрину, так что ему, Рорану, придётся самому о ней позаботиться, даже вопреки воле её отца.

Хорст склонился над столом, переплетя свои сильные, крепкие пальцы, потом выпрямился, обвёл всех взглядом и сказал:

— Ну что ж, если мы действительно намерены принять план Рорана, то надо обсудить, как лучше к этому подготовиться.

Некоторое время все молчали, насторожённо поглядывая друг на друга, а потом принялись обсуждать, как и когда отправлять детей.

Роран дождался того момента, когда уже не оставалось сомнений, что цель его достигнута, и потихоньку выскользнул из дома. Пробираясь по тёмным деревенским улицам, он высматривал Слоана и, наконец, заметил его. Мясник сидел у стены из стволов деревьев возле одного из горящих факелов, зажав свой щит между коленями. Роран тут же развернулся и поспешил к дому Слоана.

Он вошёл через чёрный ход прямо на кухню, где Катрина как раз накрывала на стол. Она с удивлением посмотрела на Рорана и воскликнула:

— Это ты! А почему ты здесь? Ты отцу сказал?

— Нет. — Он подошёл к ней и взял за руку, наслаждаясь её близостью. Ему было радостно даже просто стоять с нею рядом. — Я хочу кое о чем попросить тебя. Мы решили отправить детей, стариков и некоторых женщин в Спайн, к водопадам Игвальды. — Катрина охнула. — И я бы хотел, чтоб ты их сопровождала.

Потрясённая, Катрина вырвала у него свою руку и отвернулась, глядя на пламенеющие уголья в очаге. Она молчала довольно долго. Потом тихо сказала:

— После смерти мамы отец запретил мне даже близко подходить к этим водопадам. За последние лет десять я бывала лишь на ферме Олбима. — Она вздрогнула, голос её зазвенел от возмущения: — И как только ты можешь предлагать мне бросить отца? Тебя? Свой родной дом? И почему именно я должна уходить, если Илейн, Тара и Биргит остаются?

— Катрина, прошу тебя! — Он осторожно обнял её за плечи. — Ведь раззаки явились сюда за мной. И я не позволю, чтобы из-за меня они нанесли какой-нибудь вред тебе. Пока существует такая опасность, я не могу сосредоточиться на том, что нужно сделать в первую очередь: защитить наш Карвахолл.

— Кто же в Карвахолле станет меня уважать, если я убегу отсюда, как последняя трусиха? — Катрина вздёрнула подбородок.