— Как ты можешь его оправдывать? Он ставит опыты на животных! Ты это понимаешь? Это всё равно как если бы он ставил опыты на Барсике или на Мишке! — Так звали кота и собаку. — Их ты любишь? Ведь любишь? Ты бы отдала их папочке, чтобы он заразил их какой-нибудь чумой и смотрел, что из этого получится?

— Во-первых, отец их сам любит. Барсик вообще у него на подушке спит. Не у тебя, а у него, кстати. Во-вторых, тебе известен какой-нибудь другой способ испытывать лекарства? Насколько я слышала, такого ещё не придумали…

— Вот пусть и занимаются сначала изобретением способа, а потом своими диссертациями!

— Мне кажется, отец защитил все возможные диссертации уже лет десять назад. Или больше?

— А ты хоть знаешь, чем они занимаются?

— Не знаю и знать не хочу! — отмахнулась Ксения. — Мне достаточно того, что они мучают животных в своей лаборатории.

Аня пожала плечами, как будто говоря: «Что с дураками разговаривать», но всё же сказала:

— Насколько я знаю, они занимаются возможностью сохранения организма в длительных космических полётах без замораживания. И вообще выживанием в экстремальных условиях. Типа попал в Антарктиду — замёрз. Перевезли тебя в тепло — сам отмёрз и дальше пошёл. Ещё куда-то попал — и опять с тобой ни фига не случилось. Что-то отключилось в организме, а потом включилось, когда надо.

Ксения фыркнула и уставилась на сестру, уперев руки в бока.

— И откуда же ты этого набралась, Курникова? Тренер рассказал?

— Я в записи отца посмотрела, — невозмутимо ответила сестра. — Они у него все на столе лежат. Он статью или книгу пишет о своей работе. Возьми сама и почитай.

— И ты хочешь сказать, что всё поняла? У тебя по биологии что в полугодии было? — добавив в голос столько сарказма, сколько получилось, спросила Ксения.

— Я вступление поняла, — пожала плечами Аня. — Хочешь понять остальное — читай сама, ты — умная, ты — отличница, про защиту животных скоро в телевизор попадёшь. Вот иди в таком случае и читай. Типа журналистское расследование.

— Откуда к тебе это «типа» прицепилось? — съехидничала Ксения. — От твоих дружков-спортсменов дебильных?

— Нет, из книжек, которые выпускники журфака пишут. Кстати, что такое «фак», я знаю. А вот «жур» что значит? — с притворной заинтересованностью спросила Аня.

— Ты до этого пока не доросла.

— Ну, не доросла так не доросла, — легко согласилась младшая. — Мне пора.

Аня вышла из кухни, подхватила с пола в прихожей свою теннисную сумку, согнав с неё разомлевшего кота, и вышла в холл. Когда она подошла к двери, зазвонил телефон связи с охраной. Аня проигнорировала звонок, лишь обернулась вглубь квартиры и крикнула:

— Отличница! Остальные защитники прав крыс к тебе пожаловали! — и вышла за дверь.

С «защитниками» она столкнулась, выходя из лифта.