Может, пирожку?

– Ты спишь, – с угрозой прохрипел Жулиу, – с моей женщиной.

– Ах, вот южная кровь, ха-ха-ха, – кокетливо засмеялась мама.

Все остальные в ужасе наблюдали эту сцену. Когда я видела Жулиу раньше, он всегда был ухожен и опрятен сверх всякой меры, а в руках держал элегантную сумку. Теперь же он был пьян, буен и неряшлив, – говоря откровенно, именно мой тип мужчины. Неудивительно, что мама казалась скорее возбужденной, чем смутившейся.

– Жулиу, вот негодник, – проворковала она.

О боже. Да она все еще его любит.

– Ты спишь, – заскрежетал Жулиу, – с ним.

Он сплюнул на китайский ковер и понесся по лестнице наверх. Мама побежала за ним, оглянувшись на нас и прощебетав:

– Колин, порежь мясо и усади всех за стол, пожалуйста!

Никто не двинулся с места.

– Так, внимание! – голос папы был напряженным, серьезным, мужественным: – Наверху опасный преступник, удерживающий Пэм в качестве заложницы.

– Да она, мне показалось, не против, – в неожиданный и столь вовремя наступивший момент просветления произнесла бабушка. – Ой, смотрите, вон еще печенье, в горшке с георгинами.

Я глянула в окно и чуть не подскочила. По лужайке к двери крался Марк Дарси, гибкий и пружинистый, как молодой хищник. Весь в поту, грязный, волосы растрепаны, рубашка расстегнута. О-о-о-о-о.

– Всем сохранять полное спокойствие, ведите себя будто все нормально, – уверенно сказал он.

Мы были потрясены, но от него исходила такая властность, что, точно зомби, мы принялись исполнять его приказ.

– Марк, – шепнула я, проходя мимо него с кастрюлей подливки. – О чем ты? Нормально тут никогда не было.

– Я не знаю, насколько Жулиу опасен. Снаружи полиция. Если удастся вызвать твою маму вниз, а его оставить наверху, полицейские его схватят.

– Отлично. Положись на меня, – ответила я и, подойдя к лестнице, крикнула: – Мам! Не могу найти салфеточки под пирожные!

Все затаили дыхание. Ответа не последовало.

– Попробуй еще раз, – прошептал Марк, в восхищении глядя на меня.

– Пусть Юна отнесет подливку обратно в кухню, – также шепотом ответила я ему.

Дело было сделано, и Марк показал мне большой палец. Я тоже показала ему большой палец и прочистила горло.

– Мам? – снова гаркнула я. – Где у нас дуршлаг? Юна из-за подливки переживает.

Через десять секунд послышались тяжелые шаги и с лестницы скатилась раскрасневшаяся мама.

– Салфеточки под пирожные находятся в коробочке для салфеточек под пирожные, которая висит на стене, глупенькая ты моя. Так. Что же Юна с подливкой сотворила? Ужас. Без миксера не обойтись!

Не успела она договорить, как на лестнице послышались быстрые шаги и сверху донеслись звуки потасовки.

– Жулиу! – завопила мама и побежала к двери.