– Пока я буду готовить повозку к путешествию, вы должны вырыть достаточно глубокую яму, чтобы похоронить шотландцев, – пояснил Анвре.

Роже убрал тряпку от раны и показал Анвре глубокий порез.

– Я сомневаюсь, что в состоянии копать.

– Позднее вы можете попросить леди Изабеллу зашить рану, а сейчас завяжите ее и похороните шотландцев где-нибудь подальше отсюда.

Не желая продолжать этот разговор, Анвре вышел из дома и увидел, что по двору навстречу ему идут Изабелла с ребенком и Тилли. Изабелла посмотрела на него, но он не остановился. Ему следовало бы извиниться за резкость, хотя все, что он сказал ей, и сейчас считал правильным.

Вероятно, он шокировал бы Изабеллу, но ему очень хотелось спросить, действительно ли она так любит Роже, что готова отдать жизнь ради него.

Анвре нашел в сарае лопату и приставил ее к стене дома, Чтобы Роже сразу увидел инструмент. Если парень придет к нему выразить недовольство порученным делом, тогда он, еще не остыв от гнева, надерет ему задницу.

Анвре с большим трудом вытащил разбитую повозку из угла на свободное место, чтобы оценить, какой требуется ремонт. Он с удовольствием скинул бы эту проклятую развалюху с утеса, чтобы дать выход своей ярости.

Но это было бы непрактично. Да и утеса поблизости не было.

Работа – вот чем он должен заняться, чтобы выбросить из головы мысли об Изабелле и Роже. Пусть они занимаются друг другом с его благословения. Этот ни на что не способный рыцарь и прекрасная девушка. Избалованный дворянский сынок и своенравная леди. Недозрелый жених и дерзкая, храбрая невеста.

Анвре тихо выругался и вернулся в сарай за инструментами. На земле валялась глазная повязка, которую Изабелла сделала для него.

Он наклонился и поднял ее, сожалея, что так разоткровенничался с Изабеллой в прошлый раз. Он мог бы просто сказать, что предпочитает не скрывать своего Лица. Совсем не стоило ставить ее в известность о том, как погибла его семья. Он никому никогда не говорил об этом.

Анвре прикрыл круглым кусочком кожи пустую глазницу. Ничего существенно не изменилось. Он оставался все таким же наполовину слепым и был все тем же сыном, который подвел своего отца. Анвре завязал на затылке кожаные ленты, удерживающие повязку на глазу, не желая обижать Изабеллу, которая из добрых побуждений позаботилась о нем.

Он избавит ее от созерцания его изуродованной шрамами глазницы.

Анвре взял инструменты и выволок сломанную повозку из сарая. Надо приниматься за дело. Это именно то, что ему нужно сейчас.

Тилли продолжала дрожать по меньшей мере целый час, и Изабелла могла понять причину такого состояния девушки. Кормак и другие шотландцы, видимо, варварски обращались с ней.

Удивительно, что она еще смогла терпеть прикосновения Анвре и присутствие Роже.