А меня всё равно что-то смущало во всей этой истории, и я прошептала, вроде себе:

— Всё же стоит её хорошенько проверить. Странная история.

Я на всякий случай оглянулась, хотя и сама понимала, насколько глупо всё это кажется мне же самой. Замерла, послушав тишину, и аккуратно расстегнула полы тёплого пальто женщины, и дальше, пока не прикоснулась всей ладонью к груди.

Закрыла глаза и замерла. Время замедлило свой бег, я превратилась в слух, отрешась от всего. Тишина, тело не отзывалось, и я рискнула нырнуть глубже. Дальше было бесполезно, там я начну ощущать жизнь на самом начальном уровне. Даже если женщина была мертва, некоторые процессы в теле ещё продолжались. Главное, было их не перепутать.

Я обратилась к сердцу, хотя оно вроде и молчало, пытаясь приблизиться ближе, понять, есть ли биение, даже крохотное, еле слышное.

Есть! Я услышала почти неслышный тук сердца, до последнего борющегося за жизнь.

Удар! И я отправила крошечный импульс, заводя мотор, давая ему силу. И опять слушала затихнув. Нет, этого было недостаточно. Мне не хотелось рисковать, хотя в зелье явно был совершенно неподходящий ингредиент, который и мог привести к тому, что эта женщина никогда бы не проснулась.

Удар! И я отправила ещё один импульс. Замерла и, наконец, услышала, как сердце застучало сильнее.

Вынырнула в мир, быстро поправила женщине платок, напяливая сверху шапку, чтобы тело грелось, плюнула на это дело, понимая, что суечусь. Выдохнула, понимая, что моя практика в лечебнице и реальность, когда видишь тело, лежащее под деревом, сталкиваясь с проблемой настолько неожиданно — дело совершенно разное. Взяла себя в руки, и тихо приговаривая, больше успокаивая себя, взялась за дело.

— Так, сначала мы тебя согреем и увеличим скорость процессов в теле. Поэтому нужно развести костёр…

Оглянулась, понимая, что вполне смогу это сделать, собрав валежник и сухие ветки. Ничего, у меня был пузырёк с магическим огнём, одна капля и даже недостаточно сухие ветки разгорятся. Потом организую согревающее и восстанавливающее питьё, а там и накормлю.

Незнакомку нужно было по-хорошему чистить, но в её состоянии я это делать не могла, так как сейчас её жизнь висела на тончайшей ниточке. А чистка — дело затратное по энергии.

Проделала всё, размышляя, зачем всё же эта женщина выпила зелье. Я собрала хворост и скинула в кучу, а потом вспомнила о том самом чёрном браслете.

Дом сотрясся от моего магического удара, но защита устояла. Хорошая защита, причём не только от ворья и налётчиков. Здесь поработал хороший тёмный ритуалист. Точно защита Берта Трейна, отца моей так внезапно исчезнувшей невесты.

Меня душила холодная ярость, и была она направлена не на Эмму Трейн, так внезапно сбежавшую, а на этого слизняка, её дядюшку.