Жоффрей де Пейрак был мертв.

Но перед смертью он крикнул монаху с церковной паперти:

– Через месяц встретимся перед Божьим судом!

И вот месяц подходил к концу…

– Напрасно ты, девушка, мерзнешь у дверей. Тебе что, нечего выложить за стаканчик вина?

Анжелика обернулась, ища глазами собеседника, но никого не увидела. В этот момент луна, выглянув между облаками, осветила приземистую фигуру карлика. Тот поднял руку, замысловато скрестив два пальца. Молодая женщина вспомнила, как однажды этот знак показал ей Куасси-Ба и заверил: «Скрести вот так пальцы, и мои друзья скажут: „Да, она из наших!“»

Она машинально повторила знак Куасси-Ба. Сияющая улыбка озарила лицо карлика.

– Я так и думал, что ты наша. Только вот не пойму, ты чья? Родогона Цыгана, Беззубого Жака, Матроса Новобранца или Ворона?

Не отвечая, Анжелика сквозь стекло снова принялась разглядывать монаха Беше. Карлик вспрыгнул на подоконник. Свет из окна кабака осветил его большую голову в грязной фетровой шляпе. У него оказались круглые пухлые ручки, а на ножки были надеты полотняные башмачки, какие носят маленькие дети.

– Где тот клиент, которого ты высматриваешь?

– Вон он, сидит в углу.

– Думаешь, такой старый мешок с костями, взгляд которого не сулит ничего хорошего, дорого заплатит за твой труд?

Анжелика глубоко вздохнула.

– Это тот, кого мне надо убить, – сказала она.

Карлик ловко провел рукой вокруг ее талии:

– У тебя даже ножа нет, как же ты собираешься это сделать?

Анжелика впервые внимательно взглянула на своего странного нового знакомца, так неожиданно возникшего перед ней на мостовой, точно крыса, точно какое-то мерзкое ночное животное, из тех, что с наступлением сумерек вылезают на улицы Парижа.

– Пойдем со мной, маркиза, – неожиданно предложил карлик, спрыгивая на землю. – Пойдем на кладбище Святых Мучеников. Там ты договоришься с моими приятелями, чтобы они укокошили твоего монаха.

Анжелика, не раздумывая, последовала за ним.

Карлик вперевалку шел впереди.

– Меня зовут Баркароль, – снова заговорил он. – Очень красивое имя, прямо как я, верно? У-у-у!

Он издал нечто вроде раскатистого улюлюканья, кувыркнулся через голову, слепил снежок из грязного снега и запустил его в какое-то окно.

– Бежим быстрей, красотка, – сказал он, – пока за то, что мы помешали им дрыхнуть, эти чертовы буржуа не вылили нам на голову свои ночные горшки!

Едва он произнес эти слова, стукнула оконная створка, и Анжелике пришлось отскочить, чтобы ее не окатили.

Карлик куда-то исчез. Молодая женщина шла по колено в грязи, ее одежда промокла, но она не чувствовала холода.

Легкий свист привлек ее внимание к сточному желобу. Из его отверстия внезапно появился Баркароль.

– Простите, маркиза, что покинул вас без предупреждения.