Когда он умрет, его сердце не станет холоднее, чем сейчас. Ба! Я вижу, вы желаете вкусить красоты. Пожалуйста! Ешьте, вонзайте в нее свои прекрасные зубки, а главное – ни о чем не жалейте! А я вас покидаю. – Он встал и поцеловал ей руку. – Моя отравительница не явилась. Я огорчен. Благодарю вас за прекрасную компанию.

И он направился к выходу, лавируя между столиками. У Анжелики ком подступил к горлу от ощущения тоски и муки, внезапно охватившего ее.

«А я вас покидаю», – сказал Дегре.

И вдруг до нее дошло, что в том мире, куда она вот-вот войдет, в Версале, в Сен-Жермен, в Лувре, она уже никогда не встретит полицейского по имени Дегре и его собаку Сорбонну. Они отдалятся, сольются с толпой слуг, торговцев, цветочниц – всего простого люда, который крутится в вечном хороводе вокруг вельмож и которого те просто не желают замечать.

Анжелика вскочила с места и ринулась к двери вслед за Дегре. Она сразу его увидела: он шел по темнеющей аллее сада, а за ним двигался белый силуэт Сорбонны.

Анжелика пустилась бегом:

Он остановился и пошел ей навстречу. Анжелика втолкнула его в полумрак беседки и обвила руками его шею:

– Обнимите меня, Дегре.

– Да что это на вас нашло? У вас что, появился еще один памфлетист, которого надо спасать?

Она не знала, как рассказать ему о той панике, которая охватила ее при мысли о том, что она его никогда не увидит. В замешательстве она ласково потерлась щекой о плечо Дегре:

– Понимаете, я выхожу замуж. Потом я уже не смогу обманывать мужа.

– Напротив, дорогая. Знатная дама не должна делать подобных глупостей: любить своего мужа и быть ему верной женой. Но я вас понимаю. Когда вы станете маркизой дю Плесси-Бельер, вам будет не к лицу иметь в числе ваших друзей полицейского по имени Дегре?

– О! Зачем вы ищете ссоры? – запротестовала Анжелика.

Она уже хотела засмеяться, но совладать с собой не получилось. И глаза ее наполнились слезами, когда она снова прошептала:

– Зачем вам ссора? С тех пор как стоит этот мир, кому, господа, удалось разгадать женские сердца и истоки их страстей?

Дегре узнал отзвук собственного голоса на заседании трибунала, когда он защищал графа де Пейрака.

Он молча обнял Анжелику и прижал к себе.

– Вы мой друг, Дегре, – прошептала она, – и лучшего друга у меня не было и никогда не будет. Скажите, вы ведь все знаете, скажите мне, что я не стала недостойной ЕГО. Этот человек преодолел и свои беды, и бедность и достиг такой власти над умами людей, какой мало кто достиг… Но я… разве я тоже не преодолела?.. Вы знаете, кто я такая, вспомните и скажите мне… Я не достойна того необычайного феномена воли, которым был граф де Пейрак?.. Узнает ли он свою силу в тех стараниях, что я приложила, чтобы вытащить из нищеты его детей?..