Я проверил по заявкам: Али Сарман подал свою тоже в последний момент, чтобы попасть в Лиссабон на встречу с китайской делегацией. Естественно, убийцы сочли необходимым лишить меня напарника, и участь Али Сармана была предрешена. Его убили.

Россетти шумно вздохнул. Эстелла нахмурилась. Зулмира стиснула салфетку в кулаках еще сильнее.

— Нас хотели убрать обоих, — продолжал Дронго. — Только напарника нужно было убить, а меня пока всего лишь напугать, имитировав нападение. У меня в номере побывал неизвестный, который напал на меня, но явно не имел приказа о моей ликвидации.

И тогда я впервые спросил себя — почему? Почему они убили Али Сармана, посчитав его моим напарником, и оставили в живых меня? А потом я поехал на стадион. И там меня тоже ждала засада. Убийцы, очевидно, решили меня похитить и допросить, поняв, что с индонезийцем они ошиблись и мой напарник — совершенно другой человек. Причем на этот раз убийцы собирались после допроса убрать меня, оставив на потом моего настоящего напарника, до которого они не добрались. И я снова спросил себя — почему?

Все трое слушателей потрясенно молчали.

— Вечером мне сообщили, что в номере убитого индонезийца найдены отпечатки пальцев «Сервала», — продолжал Дронго, — и хотя поиски его самого продолжались всю ночь, они ни к чему не привели. При том, что отпечатки пальцев проверили у всех делегатов, кроме Асплунда, который неизвестно куда исчез. Зулмира, — он обратился к ней, — помнишь, когда ты вчера зашла в штаб, там сообщили об исчезновении двух делегатов — корейского представителя и Асплунда?

— Не помню, — ответила Зулмира, — я не слушала, о чем там говорили. 

— Так или иначе, но «Сервала» не нашли, — вернулся к своему рассказу Дронго. — И не могли найти. Все было подстроено, для того чтобы мы поверили в присутствие этого специалиста в Лиссабоне. Именно для этого сначала убрали Али Сармана и хотели запугать меня. Затем, догадавшись, что индонезиец не был посланцем Интерпола, приняли решение о моей ликвидации.

Он посмотрел на стоявший перед ним бокал и продолжал:

— Там, на стадионе, во время нападения меня спас мой напарник. Но убийцы застрелили своего человека. И успели сообщить о моем ранении. Вот с этого момента те, кто спланировал всю операцию, допустили несколько небольших промахов. И мне оставалось только вычислить человека, придумавшего такую гениальную комбинацию.

— Поясни, — потребовала Зулмира, — кого ты имеешь в виду?

— Немного терпения. Я понял, что не должен глупо рисковать и оставаться один, как на стадионе, когда мы расстались с сеньором Россетти и меня чуть не убили. Кстати, голова и плечо болят до сих пор. Поэтому я попросил китайского представителя Чжан Цзиня помочь мне.