Знаете, что в этой истории самое потешное? Договариваться о выделении земель для проживания им все равно придется с тевтонами и нами — у объединенного командования мандат ООН, все законно. Очень надеюсь, что военным хватит ума задвинуть дорогих гостей в какую-нибудь задницу наподобие полуострова Бофор, на самом юге. Придется посодействовать этому по нашей линии, иначе америкосы начнут совать длинные носы туда, куда не следует. Пока ни о каком серьезном соперничестве на Гермесе речь идти не может, у нас большая фора, но кое-какие подробности здешнего странного бытия не должны оказаться достоянием широкой общественности и стать объектами нездоровых сенсаций. Я разве не прав?

— Предпочитаю не отвечать на риторические вопросы. Когда начнется разгрузка, берите за шиворот Сигурда, принимайте посылки и разбирайтесь с ними самостоятельно, а я поехал на базу к союзникам — хочу посмотреть что за “Рагнарёк” они собираются устроить…

— Рагнарёк? — не понял доктор. — В каком смысле?

— В прямом. Так маневры называются.

— Вот и замечательно, хоть займетесь чем-то полезным. Вечером встретимся и затем прогуляемся в город — покажу вам интересность в “Золотой Арфе”. Не хочу идти туда один.

— Когда вы так говорите, Вениамин Борисович, у меня мороз по коже. Что такого жуткого вы нашли в зауряднейшем кабаке?

— Во-первых — не я, а во-вторых — я и сам не знаю, что это такое!

— Достойный для ученого мужа ответ. Оружие с собой брать?

— М-м… Наверное, нет. Далеко не каждую проблему можно решить силой.

Уже на подъезде к базе “Аахен” я понял, что веселье у союзников в полном разгаре — в отдалении, за леском, солидно бухали танковые орудия, тихо урчали двигатели, а в небесах кружили винтовые штурмовики, недавно доставленные на Гермес. В нашу высокотехнологичную эпоху увидеть похожий самолет можно либо в музее, либо в частной коллекции какого-нибудь увлекающегося авиацией миллионера. Но для условий этой планеты сравнительно простенький моноплан подходит как нельзя лучше.

В отличие от “Тигров” сие чудо конструкторской мысли не являлось слишком уж приближенной к старинным оригиналам копией — взяли понемногу от всех лучших образцов тех времен, максимально улучшили аэродинамику, поставили современный двигатель и мощное вооружение, в результате чего получилась модель, вобравшая в себя черты немецкого “Ме-109С”, нашего “Ил-10” и американского “Р-47 Thunderbolt”.

Вполне естественно, что новый самолет, поименованный “Доннаром” в честь древнегерманского бога-громовержца, был куда быстрее, маневреннее и надежнее прототипов, а его основной задачей являлась поддержка с воздуха наземных частей, благо воевать в воздухе на Гермесе не с кем.