Я привычно пропустил наставления Амели мимо ушей (странно, сегодня она не завела речь о моей женитьбе и не порекомендовала новую кандидатуру из “очаровательных и умных девочек, чьих родителей я хорошо знаю”), взял кофейник, положил на тарелку горячую булочку с топленым маслом, овощной салат и немного омлета. Уселся напротив.

— Куда Жерар подевался? — спросил я, отметив, что хозяин дома на обязательной церемонии семейного завтрака отсутствует. — В лаборатории?

— Его вызвали к восьми утра в консульство России, — пожала плечами Амели. — Официальное приглашение и записка от Беньямина… Что-то срочное.

— Гильгоф? — ахнул я, едва не подавившись. — Доктор снова на Гермесе?

— Насколько я поняла, он прилетел на “Франце-Иосифе” минувшей ночью.

— Не имею ни малейшего представления. Я тоже хотела бы повидаться с Анной и Николя, а особенно узнать о здоровье мсье Крылова… Прошло почти два месяца, они должны были выяснить, что произошло.

Коленьку спешно эвакуировали на Землю восьмого июля на том же самом “Франце” в связи с очередным ухудшением состояния — у него опять поднялась температура, через два часа Крылов впал в кому, был незамедлительно помещен в реанимационную капсулу корабля и переправлен в Военно-медицинскую академию Санкт-Петербурга (по крайней мере, так нам сказал доктор Гильгоф, а у меня нет оснований ему не доверять).

С тех пор никаких сведений о Крылове не поступало — Вениамин Борисович и Аня через пять дней после “блицкрига” были вызваны в Метрополию и с той поры на Гермесе не появлялись.

— Значит, грядут события, — заключил я. — После июльских событий мне стало окончательно ясно, что доктор не так прост, как кажется.

Не спорю, он отлично разбирается в биологии и медицине, ученую степень заработал честно, однако… Как бы это сказать?

— Говори прямо, — бросила Амели.

— Гильгоф очень милый человек, отзывчивый, добрый. Но иногда мне становилось очень неуютно в его обществе. Двойное дно, понимаешь? Он прекрасно играет свою роль, но изредка за этой ширмой проскакивает некая тень.

— Что еще за “тень”? — сморщила носик Амели. — Луи, у тебя паранойя! Жерар знает мсье Гильгофа много лет, они встречались раньше на конгрессах ксенобиологов, мой муж бывал дома у доктора в Калуге, это недалеко от Москвы… Он самый обычный ученый! Не следует искать скелет в шкафу, особенно если нет ни скелета, ни шкафа!

— Думай как хочешь, — огрызнулся я.

 — Но я не верю, что “обычный ученый” может пользоваться таким влиянием в среде военных! Скромный очкастый ботаник владеет государственными секретами исключительной важности и командует губернаторами, будто собственной прислугой? Ты смеешься?

— Значит, у него есть полномочия.