И у него даже происхождение очень достойное, на зависть многим, — мать княжна Пожарская… Да никто и слова не скажет! Подданные и все главные Рода Империи только радоваться будут, узнав, что есть кому в будущем Императором стать, да девок своих подсовывать! Кого в жёны, а кого и в любовницы! А сам Алексей? У него же никого вокруг не останется после этого! Никаких друзей и просто хороших знакомых! Все, конечно, станут относится к нему с должным уважением, пытаться набиться в друзья и приятели, с прицелом на будущее, но ты готов поручиться за искренность их чувств? — князь пристально смотрел на Императора.

— Нет, Миша… — помотал головой Николай.

— Коля, сколько мы с тобой друг друга знаем? — продолжил Пожарский. — Лет семьдесят, если не больше! С Володькой столько же. — Великий князь кивнул. — Мы с детства знакомы, когда на деньги и власть было наплевать! Наши сыновья друг с другом хорошо знакомы, в Лицее учились вместе. Все друг другу свои. Вот и надо Алексея делать своим для общества, с друзьями, недругами, общими дурными выходками и шалостями! Как у нас с вами двумя было. Чтобы были общие воспоминания.

Необходимо, чтобы Алексей, хотя бы для общества, ещё какое-то время побыл князем Пожарским. Я всё сказал.

— Вова? — Николай посмотрел на брата.

— Я согласен с Мишей. — кивнул Великий князь. — Он дело говорит. Но решать тебе, Коля.

Император взял графин и разлил водку по рюмкам. Но этого времени на размышления ему не хватило, и он подцепил вилкой кусок колбасы.

— Хорошо. — Император бросил вилку и взял рюмку. — Будь по-вашему! За молодого князя Пожарского! — они чокнулись и выпили. — Но каков был «Царский гнев»? А ведь Алексей ещё в полную силу не вошёл! Что же будет дальше?

— Ты, Коля, не загадывай! — хмыкнул Великий князь.

 — Главное, чтоб он с тобой, Сашкой и сёстрами общаться нормально начал.

— После Колиной речи о том, что все претензии, как к Главе Рода, предъявлять надо к нему, будет всё нормально. — заверил Пожарский. — У Лёшки на лице облегчение было написано. Я заметил. Это ты, Величество, вовремя сказал! Уважаю!

— Нет ничего проще, твоё сиятельство, чем говорить правду! — с важным видом сказал Император, и разлил из графина водку по рюмкам. — Давно так душевно не сидел.

За правду!..

Только в третьем часу ночи князь Пожарский загрузился вместе с обоими Романовыми в свою «Чайку», и они поехали в Жуковку.

* * *Пробуждение было просто отличным — в окно пробивались лучики солнца, я выспался, а по бокам тихонько сопели две красавицы. Аккуратно покинув кровать, направился в душ. Когда вернулся, девушки уже не спали.

— Пожарский, сколько время? — абсолютно обнаженная Вика встала с кровати и потянулась."

"Отвечать я не спешил, а решил насладиться открывшимся зрелищем.