Бумаги были готовы, осталось только закрепить их печатью, а затем Суд Коллегии Аристократов, который решит дело в его пользу. Юрию пришлось надавить на свои связи, подкупить множество людей, но всё это окупится… Должно окупиться!

— Скоро, отец, — будто заведённый, бормотал он. — Скоро я отомщу…

Чувство подступающего триумфа заставляло мужчину улыбаться, словно безумца, но мысли о том, что старик жив и ещё находится в госпитале, никуда не девались. В том, что Белов старший начнёт действовать опрометчиво — Юрий был уверен. Старик слишком эмоционален и совершит ошибку, что только сыграет на руку.

От былой гвардии Беловых остался жалкий огрызок, и то он находился далеко от столицы. Армии у них нет, а личная сила Петра Алексеевича не сыграет роли, а только всё усугубит.

Вот только… Юрий чувствовал, что нужно действовать быстрее. У мужчины возникало стойкое ощущение, что над его родом сгущаются тучи, а над головой висит клинок. Он усилил охрану поместья, а также важных стратегических объектов. Отряды гвардии безустанно бдели, а наёмники помогали им, выполняя контракт.

Но даже этого было мало…

В дверь кабинета громко постучали, отчего Самойлов чуть не выронил сигару. Каждый из слуг знал, что беспокоить его во время работы чревато!

— Войдите! — со сталью в голосе крикнул он.

Дверь распахнулась, и в помещение влетел бледный личный слуга Юрия. Мужчина со страхом посмотрел на своего господина, и от этого взгляда у Самойлова возникло ощущение проблем.

— Господин! Беда! Заводы в Реутова и Железнодорожном уничтожены!

Сигара выпала из руки Самойлова, а сам он нелепым взглядом смотрел на слугу и пытался расслышать его слова.

— Повтори-ка, — безжизненным голосом сказал мужчина, а когда слуга повторил, то уже хотел отдать распоряжение.

Зазвонил телефон. Номер был неизвестен.

— Ало? — спросил Самойлов.

— Вкус-на! — услышал он радостный крик на заднем фоне и мощный взрыв.

Звонок сбросили, а спустя секунду зазвонил другой номер. Это был командир третьего звена его гвардии.

— Господин! Склады! Нас атаку…

Связь прервалась и раздались гудки, а Самойлов отнял телефон от уха и пустым взглядом посмотрел на него.

Юрий подорвался со своего места, схватил родовой меч из шкафа и побежал в сторону выхода из дома, где дежурили другие гвардейцы. Его слуга побежал за ним, потея и роняя башмаки.

— Сидоров! Сидоров, твою мать! — орал Самойлов, выбравшись на улицу.

У него снова зазвонил телефон.

— Попов, что у вас там?! Доложить обстановку! — быстро заговорил он в трубку.

— Нет твоего Попова, Юра. Спёкся он, — услышал он голос, который показался ему смутно знакомым. — Я же твоего батюшку предупреждал.