Это было похоже на попытку вычерпать океан дырявым ведром.

— Лей, не жалей! — рявкнул кто-то над ухом.

Я ахнула, когда поток стал таким мощным, что я потеряла контроль. Почти тут же на мое плечо опустилась старческая рука.

— Держи, деточка, скорее!

Не знаю, в какое мгновение старый Шарль Вингольд тоже оказался здесь, протягивая мне какой-то пузырек. Все что я могла, это механически кивнуть и залпом выпить то, что он мне протягивал.

Хуже ведь уже не будет?

Никогда не думала, что можно превратиться в один поток магии. Когда я вновь открыла глаза, вокруг все утихло. В небесах парили драконы, а в моих руках остался камень, который из тусклого куска стекла превратился в артефакт, горящий нестерпимым серебристо-лиловым светом.

— Ну вот, — довольно произнес дух, довольно облизывая усы. — А говоришь: не могу-не могу.

— Почему это жук? — возмутилось существо. — Я люблю превращаться в пушистых, а не в хитиновых.

— Потому что ты та еще хитрая жучара, — пояснила я, и откинула голову, глядя вверх, на кружащихся в небе драконов.

А после устало оперлась о стену и съехала по шершавой кладке вниз, вытягивая ноги и безразлично глядя на снующих туда сюда людей.

Синее небо, тишина казались чем-то нереальным после всего, что сейчас творилось в Академии.

Впрочем, продержалась она недолго. Вскоре весь двор и залы заполнили службисты, любопытные студенты, которых не было в холле и которые пропустили все веселье. Ну и просто горожане, которые примчались узнать, что за апокалипсис сегодня произошел в родной альма-матер.

Спустя пять минут во двор спустились драконы, один за другим превращаясь в людей. Бертран — взъерошенный, с рассчеченной скулой от губы до виска.

Джеральд с рыжей малышкой Хани на руках. Зеленые глаза мелкой драконицы были расширены от испуга. Представляю, каково ей было вдруг превратиться в дракошу и взлететь в небо, а после так же неожиданно вернуться обратно в человеческую форму.

Последним на земле оказался Нейтан. Не успел черный дракон коснуться земли, как тут же бросился ко мне.

Он порывисто обнял меня, притягивая к груди, а я почувствовала, как на глаза наворачиваются слезы.

— Тише-тише. Ты — молодец, девочка. У тебя все получилось, мое сокровище.

Я всхлипнула, замерла на несколько мгновений, и выглянула из-за его плеча, глядя как Хани и Джеральд стоят рядом, молча разглядывая друг друга.

— Ты… ты — мой папа? — тихо спросила Хани, нахмурив белые, почти прозрачные брови.

— Да, девочка… Прости, что меня не было рядом все это время. ЧТо ты была одна… Но я буду рад, если ты позволишь позаботиться о тебе.

Хани задумалась, а после серьезно и по-взрослому покачала головой:

— Нет. Я не одна, у меня есть Злата. А еще дедуля Шарля и Бетти. И дядя Барг. Но ты можешь стать моим другом.