Кайлеан всегда удивляло, что в домах-фургонах ее сводных родственников все говорило о том, что на самом деле здесь место обитания кочевников; что эти длинные дома должны стоять на колесах и быть запряженными четверками лошадей, странствуя в больших караванах. Стол, прикрепленный к полу, подъемные сиденья, полки и шкафчики с дверками, защищенные от случайного открытия, котелки и сковородки, пристегнутые к стенам дополнительными ухватами. Печь. Даже через столько лет принудительного постоя этот фургон был готов тронуться в путь. А тетушка, хотя широко улыбалась и смеялась над старыми привычками, не смогла бы лучше передать свою тоску.

Только вот об этом тоже никто не говорил.

Кайлеан устроилась на откинутом сиденье подле окна. Если каким-то чудом подует ветер, ее не минует даже малейшее его движение. Пот теперь стекал уже не только по лицу. Льняная сорочка липла к спине и груди; она потянулась к завязкам платья и слегка их ослабила. Полегчало.

Тетушка Вее’ра стояла к ней спиною, что-то отчаянно вымешивая в большом котле. Была она красивой женщиной, высокой и худощавой, и, несмотря на рождение десятка детей, все еще с талией двадцатилетней девицы.

Но, приняв во внимание, сколько времени провела она в парной, в которую превращался во время готовки кухонный фургон, это не должно было никого удивлять.

Она повернулась с улыбкой, протягивая в сторону девушки глубокую глиняную миску:

– Угощайся, Кайлеан. Уже должен быть готовым.

Кайлеан взяла посудину. Осторожно отхлебнула. Суп был превосходен – должным образом приправленный, с мягким, выразительным вкусом зрелого сыра и витающей над всем ноткой острых приправ и зелий. На миг она позабыла о духоте и о том, что пьет жидкость, лишь чуть-чуть отличную по температуре от кипятка.

– Мм, он чудесен, тетя. Ты все же должна дать уговорить себя Аандурсу и начать у него работать. Хотя бы пару раз в месяц. Он ведь недавно снова поднял цену.

Владелец «Вендора», дружный с семьей кузнеца, уже долгие годы предлагал Вее’ре работу, будучи свято убежден, что ее талант прославит его постоялый двор на много миль окрест. Пока что, увы, добился он немногого.

– Может, когда-нибудь, когда будет меньше дел. Кроме того, ты ведь знаешь, что на общей кухне я… – Тетушка пожала плечами и снова принялась мешать суп.

Вскоре она притворила гудящий в печи огонь, накрыла котел и, ловко обойдя Кайлеан, уселась подле нее.

– Что слыхать в большом мире? – спросила.

Глиняная миска начала жечь ей руки, но она все равно непроизвольно сделала еще один глоток. Вкусовые ощущения ее аж запели от восторга.

Старшая женщина ровно улыбнулась:

– Для меня это было такой же неожиданностью, дитя. Большой неожиданностью. Но, когда я в последний раз их обнимала, оказалось, что они уже выше меня.