Я вам поверю. Вадим поверит. Но это ничего не решит…

— Я же сказал, что новостей три, — вмешался Горский. Было слышно, как его пальцы бегают по клавиатуре компьютера. — Три, дамы и господа! Не две! Я не сказал, что все пропало окончательно, но мне пришлось изрядно потрудиться!

— Ты сукин сын, — сказал Дихтер. — Настоящий сукин сын! Что ты от нас утаил?

— Я же гений, — протянул Горский примиряюще. — А гений имеет право на странности. Ты меня не поймешь, а профессор поймет. Ну, хотелось мне увидеть, как вытянутся у вас физиономии! Хотелось своей минуты славы в научном обществе! Бегая за головорезами, такого не испытаешь, не та аудитория! Что тут плохого? Мне удалось установить владельца того сервера, на который Валентин и Арин слили файлы на хранение. Небольшая частная фирма, занимающаяся систематизацией и хранением информации, регистрация у нее лондонская, но это офшор…

— Не томи! — попросил Ави. — Что дальше?

— Фирма профессиональная, в ней знали о том, что информация может быть утеряна по не зависящим от дата-центра обстоятельствам…

— Зеркало… — догадался Шагровский. — У них был резервный накопитель информации!

— Ты нашел файлы? — спросил Дихтер, едва сдерживаясь, чтобы не показать компьютерщику кулак.

— Даже напрягаться не пришлось… Все у меня. Ловите!

Горский картинно занес руку над клавиатурой и после секундной паузы нажал кнопку ввода.

Компьютер Шагровского мелодично звякнул, требуя подтверждения приема сообщения.

— Файлы я ужал до разумного размера. Оригиналы у меня на диске, получите по первому требованию, — продолжил начальник отдела электронной разведки и внезапно перешел на русский. — Теперь им никакая бомба не страшна, так что, ребята, я откланиваюсь. Если что — обращайтесь! Ави! Я тебе нужен?

Он снова перешел на английский.

— Ну… Знаешь ли… — пробурчал Дихтер. — Не нужен.

И добавил через полсекунды уже доброжелательнее:

— Спасибо. Впечатлил.

— Всегда рад, — сказал Горский, улыбаясь, и отключился.

Лэптоп звякнул еще раз, сигнализируя, что пакет принят. На экране развернулся сканированный лист пергамента. По желтовато-коричневому фону бежали маленькие аккуратные буквы. Буквы складывались в слова, слова — в предложения, предложения — в историю, которая до сих пор не закончилась, хотя началась 2000 лет назад.

Шагровский гнал курсор со страницы на страницу, до тех пор, пока не дошел до последнего скана. На этом листе буквы утратили аккуратность и строки наползали друг на друга. По краю пергамента виднелись блеклые коричневые разводы.

— Погоди, — попросил профессор. — Валентин, остановись здесь. Ави, будь добр, передай мне компьютер. Это последняя страница?

Валентин кивнул.