— А ты когда мою жену толкала под машину, ты не думала о том, что она тоже чья-то дочь, не думала о том, что примерно так же будет реагировать её мать, и скажи спасибо, что со мной нет тёщи, потому что она не побрезговала бы морду бабе набить.

Зоя замолотила руками по стеклу, но я в этот момент дёрнул дверь на себя, сел в тачку и завёл её. Скрежетая железом, съехал с ворот и, развернувшись, выкатился на дорогу.

Мне вслед неслись проклятия, крики под ухом и визги Зои.

— Выпусти меня, выпусти, я тебе сказала!

Но мне было наплевать,

Я проехал эти три дома до поворота улицы и тут же свернул к выезду из посёлка.

Зоя пролезла между передними сиденьями и стала бить меня по плечу.

— Пусти. Я не виновата. Я не виновата, что она у тебя сама оступилась, никто её не толкал.

— Давай, не ври. Я видел записи с камер наблюдения.

Я отпихнул её, чтобы она залезла обратно на заднее сиденье, но в этот момент Зоя перехватила мою руку и потянула её на себя. Я ударил по поворотнику, выезжая на трассу.

— Останови машину. Никуда я с тобой не поеду, не буду я ничего делать, никаких абортов, не заставишь.

Мне было уже наплевать.

— Пусти меня, пусти! — верещала Зоя.

Я попытался перестроиться на центральную полосу.

В этот момент Зоя, взвизгнув, вывернула мне руку с такой силой, что меня повело влево.

Я не заметил едущего позади меня большегруза.

Зоя завизжала так, что у меня зазвенело в ушах.

Я успел в последний момент бросить взгляд в зеркало заднего вида и понять, что грузовик летел прямо на меня...

35.

Олег.

Я резко вырулил вправо и стряхнул с руки Зою. Вышло неудачно, и она повалилась на сиденье, а вырывая ладонь, я случайно прошелся ей по лицу всей пятерней.

— Чудовище, ты меня ударил, ударил! — завизжала она, сворачиваясь в клубок на заднем сидении.

— Я тебя не только ударю, — холодно произнёс я понимая, что это какая-то дебильная фатальная случайность, и никак не влияло, что я этого делать не хотел.

— Я сейчас из тебя душу вытрясу за то, что мой ребёнок чуть не погиб, за то, что моя жена чуть не погибла.

— Пусти меня. Не Смей никуда меня везти. Я на тебя заявление напишу!

— Напиши, знаешь, у меня есть хобби, я собираю все заявы, которые на меня когда-либо написали, такое развлекало прикольное.

Я поджал губы и на этот раз уже спокойно выехал на центральную полосу.

В груди кололо так сильно, что я постоянно касался рёбер и старался их растереть.

Перед глазами бликовали разноцветные пятна, и все это под аккомпанемент воплей Зои.

Мне казалось, до неё не доходило, что я перестал шутить. Если до этого я старался быть более менее лояльным, осознавая, что моя прихоть, моё чванливое упрямство могло загубить девчонке жизнь, то после того, как она загубила жизнь моей жене, я потерял вообще все какие-либо чувства, кроме одного.

Мести.