А во фригольде еще не были решены все вопросы — с Доменом, Саркофагами Бесконечного Сна, спящими под руинами Псами, продолжающейся Дикой Охотой и многим, многим другим…

— Теперь о союзе, буря! Я тоже кое-что слышал о тех, кто его предлагает! — продолжил Винсент Кассиди. — Обычно о них говорят: «тысяча демонов»… Это очень… темные силы. Доннерветтер, Сигурд, ты предлагаешь нам заключить сделку с дьяволом?

— Я вовсе не говорю, что они агнцы небесные, — ответил я. — Но, как по мне, слухи сильно преувеличены, а в Единстве, я успел заметить, вообще нет добрых зайчиков! Мифы творят победители. А побежденных в них всегда выставляют чудовищами.

— Тут ты тоже прав, но дурные слухи не возникают без причин. Чего они вообще хотят от нас?

— Да в общем-то… ничего, — я развел руками. — Мы, земляне, им интересны лишь как потенциальные обладатели технологии Истока. Поэтому они предлагают помощь и защиту, если она потребуется.

— Но союз с ними — это гнев Храма Вечности, — сказал Кассиди. — Тех ребят, что правят Небесным Троном. Если они, буря, вообще существуют!

— Они существуют. Но, как я понял, далеки от Единства и не особо дружат между собой. Каждый ведет свою игру, в которой мы лишь фигуры, — ответил я, вновь пожимая плечами. — Поэтому удара от них можно не опасаться — мы им нужны. По крайней мере, пока они не получат Исток.

Кассиди сокрушенно покрутил головой, как будто не веря в реальность происходящего. Затем он произнес:

— Хорошо, буря! Допустим, Тысяча хочет дружить с нами из-за этого… мифического Истока. Но что нам даст союз с ними? Что мы, земляне, от этого выиграем?

— Силу и знания, — не задумываясь, сказал я. — Мощь Неба… велика, рикс. Очень велика. Они поддержат нас, если понадобится. Например, в борьбе с нашествием Червей. Или… если пробудятся те, кто спит под руинами.

Винсент вздрогнул и вскинул голову:

— А они могут проснуться? Тебе что-то удалось узнать о них?

— Да, — сказал я. — Их называют Псами Вечности. Это отражения, пустые тела для инквизиторов Вечности, которые когда-то разрушили Шторм и сковали Белого Дьявола. Они оставили их здесь, чтобы снизойти из Вечности в случае необходимости. Впрочем, что говорить, смотри!

Удерживая взгляд рикса, я передал ему осанну — ту самую яркую мысленную сцену, что увидел сам, когда дух Одного из Тысячи вселился в меня. В голубом огне, вспыхнувшем в зрачках Кассиди, отразилась картина падения Эстэ, пикирующих Небесных Ястребов и последнего боя Белого Дьявола с тройкой преследователей.

— Это они, буря! — через минуту, тяжело дыша, сообщил мне Кассиди. — Это они… И они — небо! Небо, доннерветтер!

— Да, — подтвердил я. — Теперь ты понимаешь все риски, Винс.

— Могут ли… твои друзья избавить нас от этой угрозы? — спросил рикс, чуть придя в себя.