– Так вы же сейчас драться будете, – с широкой улыбкой на веснушчатой физиономии сообщил Тулб. – Так что без оружия, на кулачках. А то если узнает ярл, то вытурит вас в дренги. А то и вовсе из хирда. Тебя, Искуси, наверняка!

– А почему только меня?

– Потому что Вильд – родич. Но ему я тоже не завидую. Ему и от ярла прилетит, и от сестры. И уж не знаю, от кого больнее.

– От Зари, конечно. Уж я-то знаю! – заверил Вильд. – А с чего бы нам драться?

– Вот его спроси, – Огонёк кивнул рыжей головой на Искуси.

– А я… Я ничего, – пробормотал тот, проглотив обиду. Да и на что было обижаться? Что Вильду с родней повезло? Так это боги решают.

А вот кто славнейшим воином станет, это уже от человека зависит.

– А пошли в город! – предложил Ануд. – Я там одно местечко знаю: пиво там свежайшее и вино имеется. И девки тоже. А то у меня от серебра уже пояс лопается. Пора облегчить.

– Не пояс у тебя лопается, а яички! – подколол Тулб. – Но я за. Покажем этим, смоленским, как веселятся природные варяги!

– А пустят нас? – засомневался Искуси. – Я слыхал, князь Дир страже приказ дал: чужих воев в ворота только по двое пропускать.

А нас вон четверо.

– Я тоже что-то такое слыхал, – вставил Вильд. – Но это про нурманов вроде…

– На себя посмотри! – ухмыльнулся Тулб. – Тебя ж от нурмана не отличить. Пока усы не отрастут – точно.

Вильду ответить нечего. И впрямь все на нем нурманское. А усы… Усов варяжских ему не один год ждать.

Но Ануд закрыл спор.

– Так это не в самом городе, – пояснил он. – Под стеной. Там, где лучшие пристани.

Так и оказалось. Летняя харчевня, крытая соломой, стояла близ одного из тех причалов, где швартовались только самые важные гости. Строение простое, но просторное и чистое.

Пара открытых печей, большие столы с широкими скамьями. И пахло тут приятно. Потому что у длинных причалов не наблюдалось ни воняющих рыбой лодчонок, ни неуклюжих, кое-как сколоченных речных насадов местных купцов. Только настоящие корабли, хищные, черные, способные выдержать и морской шторм, и крепкий удар вражеского драккара.

Не самый большой, но, пожалуй, самый опасный, потому что именно на нем обосновались берсерки Бесстрашного. И сами берсерки были поблизости. Тут же за столами. Не все, правда. Только шестеро.

Вильд, углядев знакомые лица, даже замешкался на мгновение. Они Бирнировым вроде не враги. Но с детства в голову заложена мысль: от воинов-оборотней лучше держаться подальше.

Хотя вели те себя скромно. Для берсерков. Никого не убивали. Пили, ели, беседовали. И нельзя сказать, что другие гости их как-то особо опасались. Многие косились с любопытством. Возможно, даже не знали, что это именно воины Одина, а не просто нурманы.

Просто нурманы. Ха! Все равно что сказать о голодном мишке-шатуне: просто животное.