И штатный некромант установил, что пропавший мертв. И похоронен не где-нибудь, а в могиле того самого Вацлава Бадлона, убитого полгода назад.

   — Вацлава... — охнула Ангелина Фасолаки и бросила испуганный взгляд на мрачного, как предгрозовое небо, Гая Ботана.

   — Именно, — Пауль указательным пальцем постучал по подбородку и благодарно улыбнулся Сонье, когда та подошла к нему и опустилась в кресло у его бедра. Все-таки как-то спокойнее, когда она рядом.

   — Вацлав Бадлон, полагаю, был вашим... другом?

   — Больше чем другом, — прохрипел Гай Ботан. — Больше чем братом... Он был... Все мы, словно единое целое.... Все-таки три тысячи лет вместе...

   — Три тысячи... что? — пискнула прекрасная музыкантша.

   — Лет, — Ангелина Фасолаки попыталась поправить ленту на декольте, но слишком резко дернув, только оторвала ее. — К чертям. Видите ли, мы с Батончиком... простите, с господином капитаном давние знакомые. Мы из бывших Стражей. Так что трепещите, смертные, пред вами те самые страшные демоны Пограничья, — и рассмеялась грустно и немного зло, дрожа слезою в голосе.

   — Но почему? — Элеонора Волчок нахмурила красивые брови. — Я не понимаю, зачем это скрывать?

   — Не хотелось чувствовать себя зверюшкой в цирке, — грубовато проговорил Гай Ботан. — Да и потом. Мы очень скоро убедились: фанатиков вокруг нас столько, что не знаешь, от кого нож в спину получишь. Поэтому, посовещавшись, мы решили, что похороним наши истории. Для всех.

   — Почти для всех, — мягко исправила его супруга и погладила мужнино плечо.

   — Да, — Пауль Эро кивнул. — Думаю, эта тайна и стала отправной точкой. Сложно, наверное, держать что-то в секрете от любимого человека, — бросил короткий обожающий взгляд на рыжие завитки на затылке Соньи и едва удержался от того, чтобы прикоснуться к ним губами. — Полагаю, и Вацлав не смог. Или смог?

   Сыщик снова посмотрел на камин, и все вдруг поняли, что смотрит он вовсе не на огонь, а на стоявшего у огня человека.

   — Это не Вацлав? — неуверенно произнесла, скорее, спросила Ангелина Фасолаки.

   — Точно не он, — решительно рубанул капитан Ботан. — Что я, Носка не узнаю при встрече, что ли...

   — Почему Носок-то? — спросила Сонья и зачем-то вцепилась двумя руками в Павликовскую ладонь.

   — Потому что Бадлон, — не отрывая взгляда от пламени, ответил ей айвэ Инар. — Бадлон — это такой мужской свитер из тонкой шерсти с высоким горлом. Его еще иначе называют...

   — Гольф, — прошептала Ангелина Фасолаки и вдруг заплакала.

   — Гольф, — ухмыльнулся айвэ Инар и посмотрел на женщину пустым черным взглядом.

   — Я ничего не понимаю, — раздалось oт рояля.

   — И не удивительно, — согласился темный маг. — Для того, чтобы что-то понять, нужен мозг, а не горошина.