Я пыталась кричать и вырываться даже в машине. Серов всегда говорил, что при нападении или похищении нужно попытаться привлечь к себе внимание, но двери машины были заблокированы, и салон заполняла оглушительная музыка Славика, которую я и раньше ненавидела, а сейчас она взрывала мне мозг, вызывая пульсирующую головную боль. Но этим ублюдкам было все равно, они потешались надо мной.

— Выпусти меня немедленно! — пытаясь перекричать музыку, обращаюсь к Славику.

— А то что? — иронично усмехается он.

— Ты пожалеешь! Это я тебе обещаю! — сыплю угрозами, пытаюсь выглядеть уверенно, а на самом деле меня начинает трясти.

Сжимаю руки в кулаки, впивая ногти в ладони, в надежде подавить дикую панику.

— Ой, как страшно, — ржет этот подонок, прибавляя скорость, и я понимаю, что мы направляемся к нему в квартиру. Подельник Славика, которого я, кстати, видела впервые, резко хватает меня за талию и притягивает к себе.

— А она ничего так. Красивая шлюха, — обращается к моему бывшему парню, пытаясь усадить меня к себе на колени, говорит он. Я изворачиваюсь и ударяю ему коленом в пах, от чего мудак взвывает и отпускает меня, хватаясь за свои яйца.

— Ну, сука! Ты бл*дь ответишь мне за это! Скулить будешь от боли, когда мы доедем до места, — угрожает он мне, вновь тянется ко мне, хватая за подбородок, сильно сжимая скулы.

— Отпусти ее! — зло приказывает Славик своему дружку. — Не трогай пока.

— В смысле не трогай? — резко отпуская меня, почти швыряя, спрашивает парень. — Я думал мы вместе будем забавляться с этой сучкой!

— Будем, но позже, сначала мне нужно поговорить с ней, — отвечает Славик, и у меня появляется маленькая надежда, что это не просто месть и желание меня изнасиловать, а все-таки Славику нужно что-то другое, и возможно у меня получится с ним договориться.

Глубоко дышу, пытаясь справиться с паникой и волнением, понимаю, что вырваться сейчас у меня не получится и лучше мне не злить парней. Серов говорил, что в таких случаях нужно мыслить здраво, не злить нападающих и обдумывать, как всего этого можно избежать или сбежать от нападающих. Здраво мыслить не получалось, мысли хаотично наслаивались друг на друга, сковывая сознание диким страхом. Больше всего я боялась боли. С детства я не переношу любой физической боли, впадаю в панический ужас от осознания, что мне придется ее испытать. Я знаю, что нельзя злить нападающих, я понимаю, что нужно собраться и думать, но паника страшная штука, она не дает рационально мыслить.

Ехали мы недолго, и Славик даже не пытался скрыть место куда меня везет. Мы заехали в его жилой комплекс. Проезжая мимо охраны, я вновь пыталась закричать, но урод, сидевший рядом, закрыл мне рот, больно вжимая в сидение.