— Она живет в свое удовольствие, находится в центре внимания, не сходит со страниц новостей, охотится за наследством миллиардеров, ее скульптуру выставляют на престижный аукцион, мужчины падают к ее ногам! Мой муж помогает ей осуществить месть, я ему в этом содействую, а он отправляет ей алмазы, которые мне только показал один раз! И я прячусь то от одних, то от других, постоянно нахожусь под какой-то угрозой, скрываюсь в каких-то захолустьях!

— Если бы ты сейчас стреляла в тех арестантов, то наверняка бы промахнулась! — сказал «Виктор». — Ярость — плохой помощник меткости…

— Тогда я была абсолютно спокойной.

 — Она выпрямилась, плеснула джин в оба стакана, добавила лед, протянула стакан «Виктору». Тот благодарно кивнул и сделал несколько глотков.

— Это, конечно, зависть. И ревность. Причем к прошлому. Что совершенно нерационально!

— Считай как хочешь. Но мы должны поехать на этот аукцион.

— Затем! Эта надутая мной знаменитость мне кое-что должна! Я думаю, что она больше других знает об алмазных тайнах Борсханы, да и о наследствах Афолаби и шейха Касима, которые потеряли обычную рассудительность и по отношению к ней думали не головой, а совсем другим местом, если бросали к ее ногам яхты, дирижабли, скульптуры и миллионы долларов! И теперь ей осталось найти какой-то пин-код, чтобы в очередной раз снять пенки! А она его найдет, будь уверен, — такие тихони всегда добиваются своего! Только теперь ей придется со мной поделиться! И с тобой, разумеется…

— По-моему, ты забываешься, — сказал «Виктор».

 — Это замашки американских гангстеров! А мы кто? Конечно, по линии Интерпола нас в розыск не объявляли, но DRM обид не прощает! Надо отсидеться в тихом месте, пока про нас забудут. Я не уверен, что сейчас наш друг, майор Фуке, не собирается организовать новый этап охоты на нас.

Жак Бойер был прав. Действительно, Пьер Фуке зашел к полковнику Кассе и положил перед ним папку, где были описаны последние сообщения о беглых разведчиках. Кассе внимательно посмотрел на него, взял папку на руку, взвесил, как бы оценивая, стоит ли ввязываться в эту историю. Очевидно, папка показалась слишком легкой — не раскрывая, он вернул ее обратно.

— Я думаю, хватит. Мы уже влезли в эту историю и что получили? Гийом, Робер, Гальяно и Жаккар арестованы, Шерро признан персоной нон грата и с позором выслан из Новой Зеландии! Тебе просто повезло, что ты сумел унести ноги! И мы не знаем, что расскажут наши парни в подвалах для допросов и потом в суде!

— Это да, — кивнул майор, который представлял, какими могут быть допросы с пристрастием.

 — Смотря как за них возьмутся…

— Вот то-то! Поэтому продолжать я не хочу. Ничего кроме неприятностей на этом пути мы не найдем. По крайней мере, сейчас.