Когда пойдет команда «Тяни» – изо всех сил налегаем на лямку, упираемся ногами, тянем и тянем без перерыва! Один остановится – из-за него все встанут! Так что сами себе жизнь не усложняйте, гоблины!

Для пояснений ему пришлось изрядно повысить голос – стоял плащеносный шагах в тридцати от нас. Это много или мало? Вроде дистанция плевая. Но насколько тяжел механизм за нашими тощими спинами?

– Гоблины! На соседей тоже не смотрим! Не подначиваем! Это не соревнование! Надорвете хребты – мы вам грыжи лечить не станем.

– Да ты нам и воды напиться не подашь, мразота ты сучья, тварь жадная – послышался за спиной едва различимый знакомый голос.

Не выдержал. Обернулся. За мной стояла впряженная в лямку девяносто первая.

– Настолько жадные? – спросил столь же тихо.

– Сам увидишь по награде, низушек. Если не тупой – то поймешь. Отверни харю свою чертову. И так тошно.

– Ага – кивнул я и снова повернулся к ней спиной.

Обижаться даже не подумал. Девяносто первая явно не в духе и с размаху плюет в душу любому, кто к ней обратится. Но будь у меня лицо разукрашено столь же страшным фингалом я бы тоже сияющей добротой бы сейчас не лучился.

– Готовность! Помним – на Раз! И… три… стоп! Вы дебилы что ли? Эй! Гоблин! Да ты! Я же сказал – на «Раз!». Повторяем! И… раз… два… ТРИ!

Дернули. Лямка сдавила плечо и ребра. Дыхание со свистом вырвалось из передавленной груди. Мы не продвинулись даже на четверть шага. Остались на месте. Дистанция с тридцать шагов из плевой превратилась в чудовищно длинную.

Натужный скрип за нашими спинами дал понять, что «стронули». Примерно на треть шага.

Ему потребовалось крикнуть «раз» не меньше пяти раз, прежде чем послышалось «Тяни!».

И мы потянули. С натугой, с хрипами, сдавленным блеяньем и сипящими матами. Протащили шагов пять. И замерли, когда пара самых слабых остановилась. К моей радости я оказался не самым слабом – меня бы хватило еще примерно на полшага. Соседняя команда бурлаков пошла на опережение и остановилась в паре шагов впереди. Вот гераклы…

Минуты пролетели слишком быстро. И снова:

– Раз!.. Раз!.. Раз!.. Тяни!..

Тридцать шагов мы преодолели за полчаса. На каждый шаг по минуте. Отдыхали уже по три-четыре минуты под конец.

И все равно последние метры дались очень тяжело. Я был насквозь мокрым от пота, меня трясло. И вот так вот трясясь, не в силах стащить с себя долбаную бурлаческую лямку, я горько осознавал, насколько сильно лоханулся и понимал, почему те, кто поумнее, остались на семнадцатом перекрестке.

Потратил много энергии, перенапрягся, а завтрашняя работа никуда не денется. Я мокрый, с меня буквально льет пот, отдающий острой химией. И дебилу понятно, что организм потерял воду.