Но потом за ней рванула достаточно мощная бомба, порвавшая металл стены, вывернув его в зал уродливым цветком. Уже после взрыва здесь долго и упорно работали ремонтники, срезавшие вывернутый рваный металл и сумевшие вернуть стене частичную стройность и аккуратность. Но полностью стену они заделывать не стали. Оставили длинный прорез позволяющий увидеть за стеной часть какого-то сложного полуразрушенного взрывом механизмом. Те части что не подлежали восстановлению были изъяты. Часть кожухов срезана. После чего в разрыв между звеньями сложнейшего механизма сделали первобытную «врезку», видимо не сумев найти запчасти или просто не хватило умения.

Суть – выбросили к чертям электронику и механические приводы. Из уцелевших остатков, шестерней, металлических прутьев и дешевой рабочей силы соорудили ядреный суррогат, выглядящий как помесь рабов с инопланетными технологиями. С неравными промежутками – два-три метра – из взрезанной стены торчало восемь рукоятей. Крепких стальных рукоятей до блеска натертых ладонями трудяг. За уцелевшими участками стены что-то периодически громыхало, слышались короткие требовательные сигналы. Едва раздавался сигнал – стоящий у нужной рукояти человек хватался рукоять и делал полный оборот. И судя со стороны, процесс не обещал быть легким – слишком уж напряженными были их лица и тела. Нехорошая деталь – все были двурукими и при обороте пользовались обеими. Да еще и телом налегали на рукояти.

Моя рукоять была предпоследней. Ошибиться было трудно – над каждой рукоятью имелась издалека различимая жирная цифра. К ней я и подошел куда более уверенной походкой по сравнению со вчерашним днем. Глянул на часы. Успеваю свериться с текстом задания, появившегося в интерфейсе еще до того, как я проснулся. Задание необычно многословное.

Текущее время: 08:25.

Разжевано прямо как для дебилов. Видимо случались эксцессы с непониманием поставленной задачи. Или с попытками схитрить. Пока стоял и наблюдал, седьмую рукоять провернули два раза – за три минуты с небольшим. Интервалы не были идентичными. Разница в несколько секунд. Третий раунд между оборотами подтвердил мою догадку – он продлился на пятнадцать секунд дольше. Вполне объяснимо – в работу покореженного механизма вовлечены люди. А они не могут работать с точностью машины.

– Лимит – устало выдохнула крепкая женщина, выпуская рукоять и отходя от стены – Заменяй. Трудись.

– Доброе утро – кивнул я.

– Кому как. Мне – вечер.

– Погодите… вы в ночную смену работали?

– Сам как думаешь? – зло рявкнула она – Само собой.

Спрашивать ничего больше не стал. Разговор все равно бы не заладился.