Проверила все узлы. Заглянула мальчику в лицо:

— Но ты все равно крепко держись, понял. Вот здесь, над головой. Держись и не отпускай до тех пор, пока тебя не вытянут. — Я снова щелкнула его по носу, видя, что глаза уже на мокром месте: — И не плачь, ладно? Ты же сеньор Эдуардо Кальдерон де ла Серда!

Он кивнул, проглатывая слезы:

— Хорошо, сестрица. А вы?

— А потом поднимут меня…Слушай внимательно: смотри на меня, пока я тебя не отпущу. А потом — только наверх. Понял?

Я крикнула так громко, как только могла, давая сигнал. Почувствовала, что веревка начала натягиваться. Я пыталась придержать мальчика за ноги, но очень скоро пришлось отпустить, потому что я рисковала свалиться. А он все же заплакал. Смотрел на меня, вцепившись в веревку, как я и велела.

— Наверх смотри! Слышишь? Только наверх!

Он кивнул и послушно уставился наверх.

Я стояла на самом краю, умирая от страха. Каждое мгновение боялась, что мои узлы окажутся недостаточно крепкими, и Лало сорвется. Но все обошлось. По подвижному пятну я поняла, что мальчика вытащили. Крик Джозу это подтвердил. Я с облегчением выдохнула: теперь оставалось выбраться самой…

Только сейчас, когда Лало ничего не угрожало, я поняла, что продрогла и устала. Ледяные пальцы почти не слушались. Спасительная веревка теперь вновь повисла над обрывом на расстоянии вытянутой руки, и мне снова предстояло ее поймать. Я подобрала палочку, постаралась сосредоточиться, но теперь ничего не получалось — я никак не могла ухватиться. В конце концов, палочка вывалилась из неловких пальцев. Чтобы перевести дух, я топталась по выступу, поддевала оставшийся снег башмаками, в надежде найти что-нибудь еще, но мне не повезло.

Я снова встала на краю, сосредоточилась, как могла, вытянулась. Раздвинула пальцы ножницами, надеясь таким образом зацепить веревку. Попытка за попыткой. И с каждым разом получалось все хуже и хуже. Но я, все же, смогла. Зажала самыми кончиками пальцев и боялась даже дышать. Нужно было, как можно быстрее, пока не сорвалось, потянуть веревку на себя и схватить другой рукой.

Я схватилась левой рукой, но не рассчитала равновесие. Ухнулась вперед, пытаясь удержаться. Но не успела уцепиться, как следует. Веревка змеей выскользнула из кулака, обжигая ладонь, и я камнем понеслась вниз.

Здесь было совсем сумрачно. Я, распластавшись, лежала на мягкой снежной подушке. Смотрела вверх, не в силах пошевелиться. Лисий нос отсюда совсем не было видно. Ничего... Будто надо мной лишь набухало низкое предгрозовое небо. Сизо-черное, плотное. Не долетало ни звука, хоть я и не сомневалась, что меня наверняка звали.

Я с трудом села, лихорадочно растирала заледеневшие руки, пытаясь согреть дыханием. Чтобы поймать веревку, я сняла перчатки, и они теперь остались там, на скальном выступе.