Земля послушная моей воли накрепко сковала конец мостков с нашей стороны, и поползла по ним на корабль.

— Руби мостки!!! Стреляйте по ним, идиоты!!! — выкрикивал команды Браг.

Я бросил направлять грунт по мосткам, и принялся перед собой возводить стену, при этом выкрикнув себе за спину:

— Все укройтесь за мной!

Неширокая стена успела подняться на метр, когда по нам открыли огонь. Мы прижались друг к другу вплотную, чтобы всем укрыться за ней, а после залпа выдохнули с облегчением, когда пули не смогли её пробить… От всего увиденного островитяне прибывали в полнейшем шоке, и с расширенными глазами смотрели на меня.

А Оркус смотря на изумлённого Мафа снисходительным взглядом, с гордостью произнёс:

— А это шо было?! Не… Такого я ещё не видал! — произнёс Маф.

Я тем временем стал поднимать и расширять стену, а по её краям делать бойницы.

— Эй! Твоя милость! — похлопал меня по плечу Маф. — Мне б потрончиков.

Я развернувшись в пол оборота, зачем-то изобразил рукой жест, как будто что-то поднимаю ладонью, хотя в этом не было никакой необходимости… Позади Мафа из-под земли вылез корх, и закашлялся, судорожно хватая ртом воздух… Маф пригибаясь подошёл к нему, и со словами: «Пока немного отдохни, дружочек!», — вырубил корха прикладом ружья.

Сняв с него короб с патронами, Маф начал перемещаться от одного края стены к другому, неожиданно стреляя через бойницы.

Тут из земли начали вылетать облачка росы, и всасываться в тех, кто был ближе. С того места, где я закопал капитана, вылетело самое большое облако, и всосалось в молодого островитянина…

— Ох, Клод, как же тебя угораздило?! Ведь только недавно инициацию прошёл! Это очень много для тебя… Не выдержишь ты росы капитана! — взволнованно запричитал Дрок.

А Клод молча встал во весь рост, и затрясся… Сначала почернели его глаза, потом вены, а после чернота начала распространяться по всему телу. Захрустели суставы, стали разбухать пальцы, из которых полезли когти. Широко открылся рот, и нижняя челюсть с неприятным треском начала расти вперёд и вширь, разрывая кожу на лице… Уже бывший Клод, начал принимать знакомые черты жрача… «Бах!», — прогремел выстрел у меня над головой, а голова будущего жрача разлетелась на ошмётки.

Меня схватили за шиворот, и бросили на его окровавленное тело.

— Извиняй, милость!.. Не до церемоний! — сказал Маф, а в меня полилось знакомое бодрящее тепло.

— Слышь, старый! А ты не оху…

— Не надо Оркус, — остановил я взбешённого товарища, — Маф прав, сейчас не до прелюдий!..

Тут со стороны корабля послышались команды Брага:

— Поднимай якорь!.. Уходим!..

— Да хрен вы угадали! — с угрозой произнёс я, и скрылся под землёй.