И вскоре над фортом раздавался нестройный хор различных голосов…

Трын-траву на поляне

И от страха всё быстрее

— И-и-и!!! — истошно завизжали мертвяки за стеной…

Пусть боимся мы волка и сову

Проснулся я полностью голый с гудящей головой и лежа на какой-то твёрдой кровати. Разлепив веки я увидел, что нахожусь в каком-то помещении, которое освещается дневным светом из небольшого круглого входа. Спустив ноги на земляной пол, я заметил на нём разбросанную одежду…

— Где я?! — испуганно прошептал я, разглядывая темные стены помещения…

И вздрогнул, услышав за спиной сонный голос:

— Ярх… Не надо… Я сплю…

Резко обернувшись, я увидел спящую на боку Аланду, на которой из одежды была лишь рубашка и симпатичные черные трусики. У неё был слегка припухший нос и небольшие синяки под глазами… М-да, не прокаченное у неё телосложение, промелькнула мысль в голове. У меня от таких повреждений на следующее утро не осталось бы и следа… Аланду со спины обнимал Тим, держа её за выдающуюся грудь. Он спал в штанах и рубашке, со слегка приоткрытым ртом, из которого тянулась ниточка слюны… Не просыпаясь, Тим закинул ногу на Аланду, и сильнее прижался к ней…

— Ярх… Я сейчас не хочу… Я сплю, — во сне сказала Аланда, скидывая с себя ногу Тима.

— Ага, — не закрывая рта, ответил ей Тим.

Вроде бы эти двое вчера помирились, начал я вспоминать… Тим подошёл ко мне с опухшими от слёз глазами, и слегка заплетаясь языком, хотел в чём-то признаться, но я ему ответил, что пока он не попросит прощения у Аланды, пусть ко мне даже не приближается. А через некоторое время я наблюдал, как в стороне от всех Тим что-то доказывал Аланде со слезами на глазах, а она с расширенными от шока глазами только кивала на его слова. А потом, кажется, даже утешала.

Я тихо оделся, стараясь не разбудить парочку, и вышел из помещения через странный вход. Он был круглый, всего в метр диаметром, а с внешней стороны от него отходили какие-то складки. Я сначала не придал этому значения, но отойдя на несколько метров от строения, и обернувшись, я увидел… Может быть это всё-таки сердечко, с надеждой подумал я?

— Да, господин… Какую ты вчера жопу построил, прям как настоящая, — хохотнул рядом со мной Оркус.

И действительно, это было небольшое строение из укреплённого грунта в виде двух гладких полушарий, между которыми был круглый вход, обрамлённый небольшими складочками, и очень похожий на анус… Вот же пьянь, недовольно подумал я! Ещё хвалился своим телосложением, а стоило только выпить несколько кружек рома, как начал строить жопы…

— Не шаришь ты, Оркус. Это искусство такое. Постмодернизм называется, — буркнул я в ответ.