Разжившись бокалами с шампанским и даже сжевав по тарталетке с каким-то странным паштетом, мы дождались момента и подошли к старшему Полонскому, стоявшему около распахнутых дверей в сад. Мужчина как раз заканчивал говорить с тем самым гостем, пришедшим последним, а Кирилл же наоборот, начинать разговоры ни с кем не собирался. Да, по дороге он приветственно кивал людям, улыбался и пожимал руки, но не остановился ни разу.

Мне же оставалось только улыбаться, да смотреть по сторонам, пытаясь отыскать или Аню, которую все так же терроризировали поздравлениями, или Стасика, так и не вернувшегося с загадочного поручения.

За ребенка я почти не волновалась — ну куда он мог деться с закрытой территории? Что же касается остальных неприятностей, он уже достаточно взрослый, сообразительный и ответственный. Мелкие шалости, конечно, никто не исключал, но он ни за что не станет совать предметы в розетку или лезть в открытое окно.

Да я больше за окружающих опасаюсь, чем за него!

— Поздравляю, — когда миллиардер освободился окончательно, Кирилл, насмешливо улыбаясь, протянул ему руку. — Легко отделался.

— Ты во мне сомневался? — усмехнулся Полонский, но руку пожал.

Я бы прокомментировала это немного проще: «Совесть? Нет, не слышали!».

Но вслух возмутилась:

— Ну и напугали вы нас, Максим Леонидович! Мы с Аней, между прочим, уже вас спасать собирались.

— Надеюсь, не как Кристину от Никиты? — иронично выгнул брови Полонский, заставив меня густо покраснеть. Вот же ж! Не мог не припомнить! — Нет, спасибо. И кому же должно было прилететь на сей раз? Мне или Арлиц?

— Максим Леонидович! — так как краснеть дальше уже было некуда, я гневно фыркнула, отпуская локоть Кирилла и складывая руки на груди, продолжая крепко сжимать бокал с шампанским, которое так и не попробовала.

 — Ох, договоритесь вы! Знаете, а меня же уволили. Так что теперь я, как безработная, вас действительно стукнуть могу!

— А, она тебя уволить успела? — впечатлило ли его подобное известие? П-ф-ф. Ни капли! Миллиардер только шампанского отхлебнул, продолжая веселиться. — Ну уж извини, Лизок, выбора не было. Пришлось вам пострадать на благо родины. Компенсации не жди, но могу выделить лишний выходной и небольшую премию.

И запомни, уволить могу тебя только я, и то, когда трезвый и при памяти. Ну или он. Кстати, я смотрю, вас можно поздравить?

— С чем? — одновременно поинтересовались мы с Кириллом: я — выгнув брови в почти не наигранном удивлении, а Громов — приобнимая меня за талию.

Да-да, такой небольшой, почти семейный театр! Но раз все вокруг такие хорошие актеры, почему мне-то оставаться в стороне? И знаю, это прозвучит странно, но именно такое необычное общение мне с каждым днем все больше и больше нравилось.