Это был, лежащий километрах в трёх, громадный гранитный валун. Как раз напротив него и должно было находиться дерево, в дупле которого и есть тот заветный телефонный аппарат. В сторону валуна вели и лыжни оставивших эти места финнов. Наверное, в этом месте был оборудованный проход в минных полях и проволочных заграждениях.

Правда я не знал, покинули ли финны предполье в том месте, или ещё продолжают стоять в обороне. Здесь уже была зона ответственности роты Сомова, а, значит, тем более нужно было узнать, что творится у нас на флангах. Как ни крути, а прокатиться до того дерева стóило, чтобы разведать обстановку и убедится, что телефон там действительно имеется.

Хотя, если этот полевой телефон установлен, и имеется связь с финнами, то вызывать проводника прямо сейчас я не хотел. Если уж и забираться в пасть финского льва, то только ночью, всё был хоть какой-то вариант отбиться, если нас разоблачат. К тому же, нужно было серьёзно подготовиться и морально настроиться на проведение этого, смертельно опасного трюка.

Окончательно все, обдумав, я направился к своим ребятам, терпеливо ожидавших меня за темнеющим нагромождением множества спиленных деревьев.

Только отъехав от своего наблюдательного пункта, я ощутил, какой сегодня морозный день. Когда мы передвигались на лыжах, это, довольно резкое понижение температуры было как-то незаметно. Только простояв четверть часа неподвижно возле дерева, я понял, насколько же стало холодно, наверное, не выше – 20 градусов. Но, делать было нечего, перемирия из-за понижения температуры никто объявлять не собирался. Генералам и политикам, сидевшим в тиши тёплых кабинетов, было глубоко наплевать на то, что в данный момент чувствует простой солдат. Главное, нужно было, чтобы начерченные ими на военных картах планы, были выполнены, а высокие амбиции удовлетворены. А что замёрзнет или погибнет при этом на одну-две тысячи человек больше, то, подумаешь, какая мелочь.

Что касается меня, то пронизывающий до самых костей холод, заставил пересмотреть своё первоначальное намерение, оставить вдоль всей полосы нашего будущего расположения всех снайперов. Зачем зря морозить людей? Для обозначения нашего присутствия, хватит и двух человек. Когда я этот вопрос начал обсуждать с Курочкиным, тот полностью поддержал моё новое решение.

При этом заметил:

— Всё правильно, товарищ старший лейтенант, на хрен тут всем морозить свои задницы. Всё равно, в такой мороз ни один финн не высунет носа из тёплого бункера. Так что, снайперам, по большому счёту, ловить здесь нечего. Скорее всего, за целый день они не увидят ни одной цели. Обратно финны тоже, вряд ли, полезут. Не для этого они здесь всё бросили. Этот участок предполья для них теперь – проклятое место.