Ну как, товарищ Жуков, у вас будут еще вопросы по боеспособности механизированных корпусов товарищей Бережного и Катукова, или вам достаточно моих слов?

– Никак нет, товарищ Сталин, – ответил Жуков, еще раз посмотрев на висящую на стене сталинского кабинета карту, – по этому поводу вопросов больше нет. Чисто по-человечески хотелось бы только знать – какие изменения произошли в ходе войны по сравнению с тем вариантом, который помнил товарищ Бережной?

– Очень большие, товарищ Жуков, даже громадные, – усмехнулся в рыжеватые с проседью усы Верховный. – У немцев уничтожены пять армий: 11-я в Крыму, 18-я под Ленинградом, 9-я в районе Ржева, 1-я танковая на Донбассе и 2-я танковая во время Брянско-Орловской операции.

Еще две армии – 16-я в районе Старой Руссы и 17-я южнее Харькова – были разгромлены с потерей большей части боевой техники и личного состава. У нас же, напротив, имеет место «экономия» семи армий: 44-й, 47-й и 51-й в Крыму, 6-й, 9-й и 57-й в районе Барвенково, и 2-й ударной на Волховском фронте. В результате произошедших изменений немцы потеряли на миллион солдат и офицеров больше, чем в прошлом варианте истории, а мы, соответственно, на восемьсот тысяч меньше. Нам удалось не только отбросить немца от Москвы, как в прошлом варианте истории, но и освободить Крым, Донбасс, заставить его отступить до рубежа нижнего течения Днепра, ликвидировать Ржевский и Демянский котлы, снять блокаду с Ленинграда, освободить Новгород, Псков, Ригу, Таллин и половину Советской Прибалтики.

Конечно, не все это результат непосредственных действий потомков, есть в этих успехах большая заслуга и наших генералов, командиров и бойцов: Василевский, Рокоссовский, Горбатов, Говоров, Федюнинский, Катуков, Черняховский, и несть им числа, которые за последние полгода покрыли себя неувядаемой славой на полях сражений.

Кое-кого, конечно, пришлось убрать с глаз долой, чтобы не мешались, но не стоит жалеть об этих людях. Кто они – дураки или просто предатели, – пусть разбирается следствие. За каждую их ошибку или изменнический приказ нашей армии приходилось платить тысячами жизней бойцов и командиров.

Назначив вас командующим Центральным фронтом, находящемся на направлении главного вражеского удара, партия и правительство оказали вам высочайшее доверие как лучшему нашему командующему фронтом, который уже спас от захвата врагом Ленинград и Москву.

Мы рассчитываем, что вы полностью его оправдаете. Приказ вашему фронту будет только один – ни шагу назад! Все, что для этого нужно, мы вам уже дали. Вам это понятно, товарищ Жуков?

Жуков вскинул вверх подбородок.

– Так точно, товарищ Сталин, понятно, – отчеканил он. – Враг не пройдет. Ни один немец не сможет прорваться через нашу оборону ни на танке, ни на палке верхом.