Они со Стасом пристально уставились друг друга, после чего Оля довольно кивнула и захлопнула дверь обратно, резко крутанулась ко мне и с абсолютно счастливым видом заявила мне:

— Нам подходит, оставляем себе!

Уже сидя в машине, он спросит меня:

— Ну что, я проверку прошёл?

— Ну, твоей соседкой? Она же оценивать меня выходила?

— Она сказала, что ты так себе. И вообще, крайне сомнительная личность, и чтобы я держалась от тебя подальше, а в случае чего звонила в полицию, — на ходу сочиняла я.

Стас с сомнением вздёрнул брови и уточнил:

Он загадочно улыбнулся, но никак не стал комментировать услышанное.

Всю дорогу ехали и болтали ни о чём.

В квартире нас встретил бочкообразный Боня, стильно стриженный и отмытый. Он всё-таки был белый.

— Привет, старичок, — потрепал его по загривку Стас, за что получил тычок мокрым носом в ладонь. — Знакомься, это Вера. Она хоть и больная на голову, но вы с ней подружитесь.

Всё понятно, мне мстили за «сомнительную личность». Пока мы с Бонькой возились на диване, привыкая друг к другу, Стас бродил по квартире, собирал какие-то вещи, попутно рассказывая мне, что и где лежит.

Уже под самое утро, он подошёл ко мне и сел рядом.

— Держи, это деньги на расходы.

Я раздражённо глянула на протянутые купюры.

— Тебе придётся тратиться на проезд и мою собаку, так что держи.

— Нет, я сама в состояние позаботиться о себе и собаке.

— Вера, — Чернов замялся, видимо подбирая правильные слова. — Ты в кедах и толстовке.

— А то что на улице зима практически, а ты раздетая ходишь… Если тебе нужны….

Тут я разозлилась окончательно.

— Я. Не. Нуждаюсь, — я тщательно выговаривала каждое слово. — Я способна сама себя обеспечить! Засунь свои деньги, знаешь, куда?

К такому Стас не привык.

— Идиоткой не будь! — еле держа себя в руках, прорычал он.

От возмущения я подскочила на ноги и раздражённо запыхтела на него.

— Мальчик, — во мне проснулась мегера. — Тебе некуда папочкины деньги девать или как?

Что-то ненормальное проскочило в его глазах, Стас сжал кулаки, видимо представляя, как сворачивает мою шею. Швырнул деньги на диван и прошёл мимо меня в коридор.

Меня потряхивало, должно быть от напряжения. Я погладила Боню, который, несмотря на бушующие страсти, продолжал мирно спать.

Стас появился через минуту, держа в руках мужскую ярко-оранжевую куртку.

— Не хочешь денег? Вот тебе куртка. И только попробуй не взять!

— И что будет?! — съязвила я.

— Лучше тебе не знать, — проговорил он мне, низко наклонившись к моему лицу. После чего схватил мою руку и силой перекинул через неё куртку. — Носи! Всё, я уехал, позвоню завтра. И клянусь, лучше тебе меня послушать.

Поругался на меня, схватил свою сумку и громко топая, отправился к выходу. Я ломанулась за ним.

Он уже обулся, и натягивал на себя куртку.